Дерзкий

Особо не впечатлили, конечно, мы же не первогодки, но вот первый курс в полном составе там уже сидел.

В раздевалке мобильного не было, и мне пришла в голову мысль спросить у чувака, что моется, не видел ли он. Ну, мало ли, последний же остался.

Я легко подцепил задвижку, зашел в душевую, глянул…

Переговоры в заведомо проигрышной позиции

— Это же… Сука… Это же… Пиздец, че такое…

Голос хищника, глуховатый и злобный, вообще никак не совпадает с его взглядом, жадно скользящим по моему голому телу.

Именно этот бешеный тон и дикие глаза окончательно приводят меня в чувство, выбивают из ступора.

Если поначалу я реагирую, как обычная баба, которую застали в неудобном голом положении, то есть пытаюсь прикрыться и краснею (это хорошо еще, что не пищу тоненьким голоском, был бы вообще верх идиотизма), то после ощутимой угрозы с его стороны, прихожу в себя, опускаю ладони, наплевав на то, что Шатер может во всей красе разглядывать мою грудь. Пусть пялится. Не он первый, не он последний.

Наоборот, очень даже хорошо. Отвлекающий маневр, чтоб его.

Конечно, в душевых драться мне еще не приходилось, но все бывает в первый раз, правда же?

Главное, вырубить его и свалить по-быстрому. Вызвонить Зуба, рассказать все и переложить на его плечи ответственность.

Понятное дело, что после такого прокола — хрен мне, а не относительная сладкая свобода. Да и городу, красивому и чистому, к которому уже успела привыкнуть и даже полюбить, придется сделать ручкой.

Но тут ничего не поделать.

Проеб, как любит говорить Зуб, феерический.

И надо сматывать удочки как можно скорее.

На полсекунды представляю себе стопроцентный объем грядущего говна, включая долгую дорогу на перекладных в компании малоадекватного, но очень ворчливого и приставучего придурка, и выдыхаю огорченно.

Так все хорошо начиналось!

А теперь…

Дорога, новое место для жизни, злобный больше обычного Зуб…

Карма моя свинская.

Но это все будет потом. А сначала… Сначала мне нужно выполнить первую часть плана. То есть, вырубить Хищника настолько качественно, чтоб в ближайшие часы не смог поднять тревогу.

— Ты меня, сучка, с ума свела, — тихо говорит Шатер, подходя ближе, но не на расстояние удара. Значит, не совсем окосел от моей наготы. Печально. Теряю форму. — Я уже думал…

Блин… Да плевать мне, что ты там думал! Свалить бы побыстрее…

Молчу, глядя на него исподлобья и не двигаясь. Только ноги пошире расставляю. Взгляд Шатра тут же опускается ниже, он сглатывает и усмехается. Потом, ощутимо напрягаясь, смотрит в глаза.

И я удивляюсь немного. Непрост Хищник. Не всякий мужик вот так сходу взгляд от сладкого отведет. На лицо переключится.

А этот, хоть с трудом, но сумел…

Кто ты такой, Вадим Шатер?

— Зачем этот цирк? — его голос уже не злобный, спокойный и напряженный.