Дерзкий

— Дядь Вась, она уработала троих парней ногами, — поясняю я, — непривычным приемом, я, вроде, что-то такое видел… Помнишь, ты показывал? Как можно, используя инерцию тела? Она от стены оттолкнулась, в узком коридоре… Ну, ты еще говорил, что это специфика боя… В замкнутых пространствах?

Вася отрывается от шашлыка, подходит ближе, достает здоровенный телефон последней модели, на удивление ловко с ним обращается, что-то тапает, ищет, ищет, ищет…

И находит.

— Глянь, так?

Я смотрю на экран, где худой, мелкий мужик, вот так же, отталкиваясь от стены, в полете сносит с ног двоих противников. Запись очень старая, плохая. Но движение то же самое. И да, именно его мне Вася как-то показывал.

— Да.

— Это Хороводов Миха.

— Кто такой?

— Ну… — Вася переглядывается с Витей, — долго рассказывать.

— Время вроде есть.

— Смысла нет. И Михи уже нет.

— Умер?

— Да, шесть лет назад убили.

Я прикидываю по времени. Шесть лет назад… Это Маше, получается, лет тринадцать-четырнадцать? Дочь его?

— А он женат был? Дети?

— Не знаю… Официально нет. И насчет детей не в курсе. На похоронах никого, кроме учеников, не было, говорят.

— Учеников?

— Да, у него школа была, классическое карате, но его ученики могли и… не классическое.

— То есть? Еще какие-то техники?

— Еще… Кое-какие… — Вася молчит, смотрит опять на запись боя, потом выводит на экран еще, там просто учебные записи из зала.

Хороводов, ученики.

Я всматриваюсь. Запись тоже нечеткая. Видно, что писали в учебных целях. Чтоб потом со стороны понять свои ошибки.

Но отчетливо заметно, что дети разных возрастов. И мелкие совсем, и постарше.

— А вот это — его лучший, — показывает мне Вася на худого невысокого белобрысого паренька, — имени не помню, но Миха ему хорошее будущее прочил. Неплохой боец мог бы быть…

— Мог бы?.. — на экране паренек начинает двигаться, я оцениваю машинально, понимая, что да. Потенциал нехилый, особенно для его возраста. Сколько ему здесь? Тринадцать? Четырнадцать?

— Да… — Вася тоже смотрит на запись, — Миху убили в драке. Очень тупо. Ночью шел, пристали, сразу брызнули из баллончика в глаза, потом пырнули ножом, забрали телефон и мелочь, больше ничего не было. И ушли. А он кровью истек. Не смог до освещенного места доползти.

Вася прерывается, прикуривает, надвигает на глаза кепарик, с которым никогда не расстается.

Я тоже молчу, смотрю записи боев, жду.

Слов от меня не ждут, да и что тут скажешь? Тупо. Отвратительно. И жизненно. Людей убивают за тысячу рублей, за случайно засвеченное кольцо… Дядя Колян как-то рассказывал, как убили парня собутыльники за то, что принес водки и не принес спрайта, запивать…

Всякая гадость бывает.

И никакие техники боя против этого не помогут, к сожалению.