И только сердце знает

Его прикосновения были то жесткими, то слабыми, погружая ее то в агонию страсти, то в пучину наслаждения.

Ранульф все еще продолжал всматриваться в лицо Рейны, прислушиваясь к се прерывистому дыханию, а потом едва слышно прошептал:

— Я не делаю тебе больно?

— Нет.

— Но ты ведь обязательно скажешь мне, если что-то будет не так?

— Господи, ты что же, собираешься снова сделать это? Прежде чем губы их слились в поцелуе вечности, она услышала его счастливый смех. И в течение всего следующего часа искусно отвечала Рейна, к их обоюдному удовольствию и удовлетворению, на его вопрос, что за выгода ожидает того, кем она была так счастлива обладать.

Глава 36

Рейна увидела, как через зал в сопровождении ее дворецкого навстречу ей направляется великан, и не поверила своим глазам, прекрасно зная, что Ранульф все еще спит. Те несколько часов восстанавливающего сна, о которых он говорил, превратились в итоге в отдых, продлившийся весь остаток ночи и добрую половину утра. Именно поэтому Рейна приказала слугам задержать обед и теперь, выходя из кухни, осведомилась у Тес, который все это время сидел в зале, не спускался ли Ранульф, и, получив отрицательный ответ, удивилась еще сильнее.

Итак, если направлявшийся к ней человек был не ее супругом, значит, в мире было два подобных великана, хотя до этой встречи Рейна могла бы поклясться, что Ранульф, такой высоченный, широкоплечий и устрашающий, — единственный в своем роде. Как и в тот раз, когда она впервые встретила своего мужа, сейчас она могла различить только силуэт незнакомца, его невероятный размер. Рейна не видела его лица, пока он не приблизился к ней плотную и не снял шлем, освободив облако золотых волос.

Жильбер, должно быть, представил их, прежде чем поспешил оставить наедине, однако Рейна была слишком ошарашена, чтобы расслышать хоть слово из того, что он ей сказал.

Золотые волосы и такая же золотистая кожа, глубокие васильковые глаза — то же лицо, те же черты, но это все же был не Ранульф. Сходство было просто невероятным! Этот незнакомец, должно быть, его брат. Но нет, Ранульф говорил ей о том, что у, него есть младший брат, а этот был старше, хотя и ненамного. Несомненно, он был слишком молод, чтобы быть отцом Ранульфа, м все же именно так это скорее всего и было.

Нелюбимый отец. И Рейна вдруг вспомнила, с какой болью и с какой ненавистью говорил Ранульф об этом человеке.

— Все в порядке, леди Рейна. Я часто произвожу подобный эффект на женщин.

Несомненно, эта фраза была заготовлена им специально для того, чтобы по прибытии в замок облегчить замешательство хозяйки из-за того, что она выглядела перед ним как настоящая идиотка, онемев, ослепнув и оглохнув от его столь необычайного облика.