И только сердце знает
Англия, двенадцатый век. Она — хозяйка величественного замка, единственная дочь влиятельного лорда. Он — странствующий рыцарь, незаконнорожденный и отвергнутый. Она — своевольная и непокорная красавица, он — неотразимый мужчина, презирающий женщин. Волею судьбы они встретились, и только сердце знало, что ждет их впереди.
Однако Ранульф, едва заметив Рейну возле комнаты Серла, мгновенно успокоился, решив, видимо, что она не успела еще переговорить с его отцом. Он оглядел зал, пытаясь отыскать гостя, и наконец обнаружил его возле камина, занятого разговором с воспитанницами Рейны.
Рейна, прикусив губу от волнения, наблюдала за той невероятной борьбой болезненных эмоций и каких-то других чувств, природу которых она даже не могла определить, переживаемых Ранульфом. Он стоял неподвижно, пристально всматриваясь в отца, и Рейна почувствовала укол совести за то, что была настолько равнодушна к нему, осмелившись даже насмехаться над его переживаниями.
Когда Рейна заметила, как сжался Ранульф, она поняла, что его отец наконец-то заметил их. Он поднял голову и поднялся со своего стула, чтобы направиться навстречу сыну. Лицо его сияло от удовольствия, скорее даже от какого-то неземного блаженства. А Ранульф все еще стоял, не отрывая пристального взгляда от фигуры отца, ни один мускул его не дрогнул в ожидании встречи.
"Чуть дыша Рейна направилась к Ранульфу, надеясь, что ее присутствие поможет предотвратить столкновение, однако это была лишь робкая надежда. Эти двое мужчин, казалось, и не подозревали о том, что находились в зале не одни, и у каждого на то были свои собственные причины. Однако за ними наблюдали все, очарованно рассматривая двух великанов такого невероятного сложения ж так невероятно похожих друг на друга. Возможно, именно поэтому и не сказал Ранульф отцу того, что не стал бы сдерживать, окажись они в этот момент наедине.
Ранульф выдержал сердечные объятия, однако не ответил отцу тем же, но тот, казалось, даже не замечал холодности сына, а если и заметил, то это не особенно испортило его настроение.
— Клянусь святым распятием, Ранульф, я рад, что ты наконец свил себе гнездышко, да еще такое отличное гнездышко!
— Неужели? Вы что думали, что я всю свою жизнь буду наниматься на службу к чужим людям?
— Вовсе нет. Я знал, что ты претендуешь на гораздо большее, чем участь наемника.
— Леди без памяти влюбилась в меня и поклялась, что если когда-нибудь и выйдет замуж, то только за меня. — Ошеломленный возглас Рейны немного прояснил обстановку, дав понять отцу Ранульфа, что это была лишь неудачная шутка, сам же Ранульф довольно улыбнулся, увидев негодование в ее взгляде.

















