И только сердце знает

А то, что теперь он имел все права, чтобы унизить ее или даже причинить ей физическую боль, окончательно лишило Рейну спокойствия. И все же она не теряла надежды, что он не настолько жесток, и убеждала себя, что, выйдя за него замуж, не совершила роковой ошибки.

Возвращаясь в лагерь, лошадь Рейны медленно тащилась за конем Ранульфа, ибо обоим торопиться было некуда. Рейна рассчитывала на то, что они проведут ночь в аббатстве, где в случае чего, услышав ее отчаянные крики, ей могли бы прийти на помощь. Однако ничего с этой затеей у Рейны не получилось.

Само собой разумеется, отец Жоффрей предложил им отдельные спальни.

И хотя в случае желания ее страстный муж мог запросто прийти в ее комнату для того, чтобы приступить к выполнению своих супружеских обязанностей, Рейне было бы в аббатстве не так страшно. И все же Ранульф категорично отклонил предложение гостеприимного священника."

"Рейна совсем не ощущала себя замужней женщиной, хотя и понимала, что этот недостаток будет исправлен еще прежде, чем наступит рассвет. И чем больше она об этом думала, тем сильнее было ее внутреннее волнение. Она могла только предполагать, что должно произойти.

Она часто представляла себя в объятиях Ричарда или даже Джона, но никогда и думать не могла, что будет заниматься любовью с великаном. Прежде она с огромным нетерпением ждала первую брачную ночь, ибо Рейна была уже вполне зрелой, а сексуального опыта еще не имела. Сейчас же она могла только бранить себя за то, что сама подтолкнула Ранульфа, чтобы он сегодня же ночью овладел ею, в то время как у нее были бы еще дни и ночи, чтобы привыкнуть к этой мысли, если бы она, конечно, снова не напомнила ему о желании иметь детей.

Однако у нее оставалось совсем мало времени. Спешившись у входа в палатку, Ранульф сказал:

— Приготовьте все, что необходимо. Я вскоре присоединюсь к вам.

Это его “вскоре” превратилось в два часа и только подтверждало, что он так же, как и она, не стремился приступить к интимной части заключенного контракта, а для того чтобы все же выполнить свои обязанности, ему требовалась поддержка как минимум двух кубков вина, которое отец Жоффрей преподнес им по поводу столь знаменательного события. Да и сама Рейна не отказалась бы попробовать этой живительной и придающей силы и храбрость жидкости, однако ей приходилось довольствоваться родниковой водой из кувшина, стоявшего посередине палатки.

Войдя в палатку, Рейна застала в ней здоровенную девку, развалившуюся на походном ложе ее мужа в самой непристойной позе. Эта любовница ее теперешнего муженька была почти так же красива, как и ее Эдвина, а возлежала она так вызывающе расставив ноги, что Рейне даже пришлось отвернуться на мгновение, ибо ома в жизни своей никогда не видела ничего подобного.