Я без тебя не могу

Эти воспоминания, как яд, отравляют всё во мне. Остается лишь небольшая зацепка, возможность не покалечить свою гордость и при этом получить Алену, поэтому сжимаю её руку, чтобы увести отсюда, туда, где никто не будет нас отвлекать.

С её хмельных губ срывается глупый вопрос, который как никогда соответствует действительности, вызывая во мне горькую улыбку.

Тогда, когда я подарил ей украшение на шею, не соврал. Моё сердце так и осталось с ней навсегда, но не украденным, а добровольно отданным. Возвращаюсь на мгновение в тот день, вспоминая с какой искренностью она заверяла, что никогда мне его не вернет. И ведь исполнила же обещание. Правда мне неизвестно, какая судьба постигла драгоценный камушек."

"Мне хочется видеть её боль, слизывать соль с её бледных щек, наслаждаясь вкусом этих мук. Пусть эта потребность больная и безумная, но когда речь идет о ней, границы нормы стираются, растворяются, и я уже не чувствую себя психически здоровым. Я помешан на ней, отравлен ею, она – зараза, которая прокралась мне под кожу и жила там годами, и что бы я ни делал, а вытравить её из себя не могу.

Глава 12

Хочу только видеть, как она будет страдать, мучаться, как начнет ползать у моих ног, пораженная и сломленная. Как мучился и страдал я по ней, жалея, что вообще способен испытывать эмоции. Как мчался тогда из города N в Москву на огромной скорости, и в голове впервые в жизни крутилась мысль о том, что если какая-то из встречных машин захочет перестроиться и мы оба не справимся с управлением, я не сильно буду сожалеть о потерянной жизни.

Глупая, она еще пытается сбежать от меня на тонких своих каблуках, в коротком платье, напомнившем мне о том вечере, когда она без стеснения танцевала для меня, и мне хочется увидеть этот танец вновь.

Мы заходим в затхлый кабинет, раньше занимаемый моим родителем, и я сразу наливаю виски, пока Алена стоит, прислонившись плечиком к стене, явно намереваясь побыстрее отсюда убраться. Признаться, мне и самому не нравится это место.

Протягиваю ей бокал:

– Раз ты употребляешь алкоголь, попробуй виски.

Она забирает бокал и осторожно принюхивается к запаху, но пробовать не спешит.

– Зачем ты меня сюда привел?

– А ты здесь разве никогда не была? – спрашиваю вместо ответа.

Она отрицательно качает головой:

– А разве должна?

Забираю из открытого сейфа, в котором отец раньше держал крупную наличность, единственный ценный документ и передаю Алене. В день, когда подписал цессию, приехал в этот старый дом, как раз получив права на него, в попытке распутать паутину, которую сплёл мой папаша.

– Вот и расскажи мне, где вы подписывали этот договор.

Если и были у меня сомнения в подлинности документов, то по её лицу сразу стало понятно, что зря надеялся.