Я дрался с самураями

Жара ужасная.

Потерял ориентировку. Интуитивно взял направление на запад и вскоре вышел в километре-полутора от противника. Открыл люк, посмотрел по сторонам — ни своих частей, ни противника нигде нет. Вскоре подошли несколько танков из моей и других рот. Прибывший из бригады капитан Безукладников передал приказ комбрига поддержать атаку монгольской кавалерии. Но в танках не было боеприпасов и почти на исходе бензин. Атаку могли поддержать только два танка — мой и лейтенанта Шубникова. Правда, это не дало больших результатов, хотя мы и израсходовали почти все патроны и снаряды.

Всего в непрерывном бою в этот день мы находились 5 часов. Есть абсолютно не хотелось. Пить, только пить, но воды не было. Поэтому пили воду из радиаторов, не разбирая, какая она по вкусу и цвету.

После боя в роте я недосчитался пяти танков. К вечеру получили сведения, что командиры рот и политруки (первый и третий) убиты. Всеми оставшимися танками приказали командовать мне.

Так закончился первый день боя — день моего боевого крещения.

Витт Скобарихин

командир эскадрильи

Что такое эскадрилья? Это 9 самолетов, по тем временам самых новейших — И-16.

Поработали мы на Халхин-Голе хорошо. У меня, к примеру, было 169 боевых вылетов. Доводилось также участвовать в прикрытии советско-монгольских наземных войск, в сопровождении бомбардировщиков, в разведке, в штурмовке войск. Принимал участие в 23 воздушных боях.

Но особенно запомнился один из боев в начале августа. Перед обедом наша эскадрилья в полном составе вылетела на прикрытие наземных советско-монгольских войск. Летели вдоль Халхин-Гола на высоте 5000 метров. И вдруг над нижней кромкой разорванной облачности заметили самолеты.

Этакие беленькие японские легкие бомбардировщики. Две группы по 9 машин в каждой.

В. СкобарихинВот они сделали разворот для захода на бомбометание. Я немедленно дал команду — в атаку на противника, двумя звеньями мы бросились на головную девятку, а третье звено — на замыкающую. Я и мой ведомый лейтенант Николай Кобзев ударили по флагману. Он задымил, сбросил бомбы куда попало и с резким снижением ушел в сторону своих войск.

На обломках сбитого японского бомбардировщика Ki-21Глядя на флагмана, и остальные японские летчики сбросили свой бомбовый груз, не долетев до цели.

«Не очень-то стараетесь», — подумал я. Мы тем временем вместе с Кобзевым «приклеились» к следующему после ведомого бомбардировщику. Он пытался на повышенной скорости уйти вниз, но мы его догнали. Первой пулеметной очередью уничтожили японского штурмана-стрелка. Летчик же растерялся и послушно стал поворачивать свой самолет туда, куда мы показывали огнем наших пулеметов.

Я решил заставить японца приземлиться на наш аэродром.