Я – Стрела

— Сделай что-нибудь, — зубы выбивают дрожь.

И он осторожно укладывает меня на кровать, укрывая собственным телом. Поцелуи, поглаживания, касания, даже россыпь легких укусов. Его пальцы и губы начинают играть на мне щемящую, торопливую, требовательную мелодию. Я ощущаю себя скрипкой, попавшей в руки безумного гения. Тоска смешивается с удовольствием, свивается в огненные жгуты, и уже непонятно, как на самом деле я себя чувствую, а потом душевная боль начинает отступать, потому что ей просто нет места. Нет ни единого уголка, где она могла бы спрятаться. Он просто выгоняет ее своим телом, вдвигается в меня как естественное продолжение ласк, заполняя без остатка.

Внутри меня только Камачо.

— Я боюсь, — шепчу я. Уже не плачу, я просто делюсь сокровенным в странной надежде, что Альфа исправит, решит все мои беды. — Я — неполноценная.

Он останавливается и смотрит серьезно, строго, полностью погруженный, до последней точки. Мягкое раскачивание. И мое тело расслабляется, наполняясь дрожью нарастающего, отчаянного наслаждения.

— Ты — любовь, — говорит он и горячей твердостью резко двигается во мне.

Пальцами гладит шею, поднимая подбородок, подстраивая мои губы удобно под себя, под глубокие, исследующие поцелуи.

— Ты — любовь, — говорит он, двигаясь все быстрее, а наши сердца колотятся друг о друга как наши тела.

Я обнимаю его руками и ногами. Смотрю в синие омуты под черными стрелами отчаянно насупленных бровей.

Я не Хаос. Я — любовь. И свет взрывается в моем теле. Зажигаясь в месте нашего соединения, там, где обхватываю его и крепко держу, свет начинает свою дорогу по моим венам. Выбивая блоки, прорывая новые ходы. Райден приподнимается на вытянутых руках и громко стонет.

Он сияет — не только татуировками, а весь. И во сне я вижу, как переплетаются в нем не один, а два контура. Светлый и темный.

Горящие дорожки текут по его телу, скрещиваются на бедрах и… перетекают в меня. Со стонами, с вливающейся в меня любовной влагой, плывет пси-энергия, не задерживаясь, из него в меня и обратно. Потому что у меня тоже два контура. У нас общие парные силовые нити — одна на двоих стандартная псионическая как у любого Стража, и еще одна — темная. Тоже одна на двоих. Мы ошалело и неверяще изучаем друг друга, оба порывисто, рвано дышим.

Наши пальцы сцепляются в замки. И… новая волна жажды накрывает нас. В сердце нет страха, оно поет. Я согласна делить сейчас с Камачо все, что угодно.

Райден азартно вспыхивает и вдруг подсаживает меня выше к изголовью, подложив подушки под спину и голову. Сам он выпрямляется на вытянутых руках, наклоняется, словно на меня надвигается гора.

— Смотри, — шепчет он, — смотри на нас. Мы вместе, ты и я.

Я горю стыдом, по-сумасшедшему смешанным с возбуждением.