Я – Стрела

Но, возможно, убитая горем супруга запуталась из-за названия города. Я постараюсь узнать, что там произошло, насколько помню, кто-то из наших риторов участвовал в Прорыве.

— Почему Прорыв? — недоуменно спросила я. — Насколько помню, по городу было оповещение о небольшом пробое, даже эвакуацию не проводили.

— Маккой, — претор присел боком на столешницу письменного стола и сложил пальцы в замок, — у вас же были базовые лекции. На пробоях никто не погибает, мелкая плесень и прочие крошечные твари в первый год появления совершенно беззащитны. Когда гражданские ошибаются в терминах, мы не поправляем, но студентам нужно знать — боевые атаки тварей означают именно Прорыв.

Он говорил мягко, дипломатично. Но смысл происходящего все равно разил как клинок. Я совершенно не знала, что именно произошло три года назад. Возможно, и не было никакого героического поступка женщины-доктора. Кто-то придумал местную легенду для провинциального городка, и ее все приняли за правду. Но при чем тут командор Камачо?

Почти в прострации я ответила на вопросы про периметр. Дескать, обнаружила странного хаосита, сообщила о нем Фуко, вместе с Райденом обследовала местность и обнаружила поврежденный периметр.

"Про куклу я решила пока промолчать. Камачо заключил с хаоситом договор на три дня с условием, что тот исчезнет за это время и не причинит вреда малышке. Тварь точно не разрушала периметр, у нее не было возможности даже царапнуть камень. Но почему именно три дня?

Претор списал мои рассеянные ответы на шок от произошедшего. И, в принципе, он был прав. Я была в шоке и разваливалась по кускам.

Ритор Бустаманте даже проводил меня на поздний обед. Я тихо поела в одиночестве, время от времени потирая ноющую точку прямо по середине грудины. Очнулась я перед дверью в комнату Камачо. По коридору прошел кто-то из старшекурсников, по-моему, я его видела среди «гражданских» на игре. Заинтересованно посмотрел в какую комнату я стучу, подмигнул понимающе. Как же я хочу иногда, чтобы Райден превратился в обычного горожанина, да хоть бы и из села приехал. И тогда не было бы всех этих понимающих взглядов, подозрений, ухмылок.

Самое неприятное, что будь на моем месте та же Эстер, такое же общение, наоборот, одобрили бы. Умная нобиль прошла конкурсный отбор в престижную академию, за месяц окрутила лучшего жениха, иначе говоря — скоро станет уважаемой матроной высшего света с беременностью и колечком на пальце. Чем не история успеха. Я понурила голову и зашла, не глядя, в открывшуюся дверь. За спиной лязгнул замок. И тишина.