Я – Стрела

На попытки дотянуться, Райден ловит мои руки, сцепляя над головой, прижимая к кровати и снова бьется о меня всем телом, каждым рывком извлекая длинные стоны наслаждения. Толчок — стон, толчок — вскрик. Все быстрее. До вспыхивающего под веками белого пламени. До огня между ног. Я пытаюсь не кричать, но это плохо получается. Поэтому он наклоняется и целует, перекрывая бессвязные, порочные звуки.

Никакой нежности. Он демонстрирует зависимость, одержимость. Показывает, что не может без меня. Это почти безумие, вот так отпустить тело. Танцующее бесконтрольно и ожесточенно.

Но вместо страха я согласно сияю в ответ. И мы замираем одновременно. А затем падаем, бесконечно срываемся с высоты, поймав друг друга, слепившись телами и душами. Мне очень страшно, я не понимаю, как жить дальше, я боюсь потерять себя. Но он не боится. И от этого немного легче.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​

Глава 21

Приятный мужчина из СНБ

— К сожалению, Уго Ласкес не сможет продолжить обучение и покидает отбор, — сообщил Сантана тихо сидящим двум десяткам человек.

 — Также вчера вечером, прямо перед нападением, территорию покинула Эстер Видаль. Она подала заявление об отчислении по уважительной причине, но, на всякий случай, Служба национальной безопасности проверит ее уход, слишком совпавший по времени с Прорывом.

— А что с Уго? — спросил один из парней, с которым я видела Ласкеса время от времени.

— Тяжесть ранения определит его жизнь на ближайшие несколько месяцев.

Министерство Защиты от Хаоса выделило специальную стипендию, которая поможет Ласкесу и его семье.

Сегодня ритор не был похож на себя обычного. Куда делся сарказм, грубые словечки, привычка переводить любую тему на сидящих в аудитории студентов. Со времени Прорыва прошло более суток, Стражей увезли в городские клиники, но занятия так и не начались. По академии с деловым видом шмыгали странные люди в гражданской неброской одежде, все камни периметра вывернули из земли и куда-то увезли.

Обещали привезти другие, но слухи не сообщали, когда именно. Тяжелее всего было пережить пропажу Яи. Раз за разом я прокручивала в голове последние минуты моего сознательного участия в Прорыве и пыталась понять, могло ли яичницу утащить в портал. Ответа не было, не было и настроения. Еще четыре человека официально прошли отбор, но никого не поздравляли, даже привычных разборов полета не было. Говорили тише, ходили быстрее. Старших студентов сегодня куда-то повезли полными курсами.