Я – Стрела

Наш кораблик дернулся и, только частично закрепленный щупальцами-поводьями на ездовом троке, двинулся в открытое море Хаоса, качаясь во все стороны, Сам мелаган прилепился к шхуне и выглядел теперь старинной носовой фигурой. В древности такие фантастические изображения вырезали на кораблях, чтобы они как следует пугали морских демонов и обеспечивали успешное плаванье.

— Быстрее! Бежим! Улепетываем! — орала Яя и прыгала у собрата на голове.

— Фейка! Куда! — зарычал Акоста. Он подбежал к самому краю, но расстояние между кораблем и Осколком стремительно увеличивалось.

Трок как лошадь телегу утягивал нас все дальше. А своего пса Акоста удержал лишь в самый последний момент. Тот в запале погони чуть не прыгнул за нами, едва не канув в белесых потоках местного моря.

На пирсе появилась худощавая фигура лайгера, черный плащ бил по ногам, но звука хлопков нам уже не было слышно. Высший хаосит склонился к Акосте и что-то ему нашептывал, успокаивающе гладя по плечу.

А на мои плечи легла, обняв, рука нобиля.

Райден смотрел на отдаляющуюся пару хаоситов, на твердую землю, свое прошлое.

Из добела сжатого кулака, который он держал перед собой, виднелся металлический блестящий угол знакомого командорского жетона.

— Это… твоего отца? — спросила я. Зубы выбивали барабанную дробь, слова получались тихими и с трудом угадываемыми. Я холодными пальцами удерживала на груди остатки рубашки и никак не могла отвести взгляда от Тайса, бешено грызущего веревку от нашего корабля.

— Неизвестно. Но не так много командоров пропадало во время Прорывов, — так же негромко ответил Камачо. — Трок может учуять, где находится хозяин вещи.

И, если эта штука сорвана с отцовской формы, сама понимаешь, я не мог оставить такой след лайгеру. Стражи здесь… лакомая добыча.

Там, где для меня прошли сутки — ужасные, дикие, выкручивающие наизнанку, но — ВСЕГО сутки, у него — прошел год.

В чужом безумном мире. Среди людей, больше похожих на монстров. Он выживал здесь, теряя надежду с каждым днем, напитываясь Хаосом, не получая ни единого сигнала поддержки, ни единого намека, что его ищут. Что я его ищу.

— Зачем Хаосу Стражи? — тихо спросила я.

— Хаосу никто не нужен, — глухо рассмеялся Райден.

И поднял голову наверх, где в бесконечной дали парили гигантские щупальца. — Хаос даже не догадывается, что за маленькие существа копаются, сражаются и умирают у его ног. Он просто лупит по мирам, заражая их своими спорами, а потом отколупывает заболевшие вселенные по кусочкам и растворяет в себе. Бездумно и привычно.

Мы стояли на палубе крошечной шхуны, плывущей в тумане неизвестности, ничтожные упрямые песчинки, сумевшие встретиться и сцепиться вместе. Среди мясорубки миров.