Я тебя расколдую (СИ)

До рассвета мы варили зелье, потом я просто ворочалась, пытаясь себя успокоить. Хотя по моему внешнему виду это заметно не было. Ведьма я или кто? Но чувствовала себя я сейчас не иначе, как упырем, вылезшим из могилы.

– Ваше избавление от возможности неплохо обогатиться за счет продажи драгоценных камней, – дерзко ответила я, глядя прямо в глаза магу. Занимательные такие глаза. В них словно тьма клубится и затягивает внутрь. Интересно, у всех чернокнижников такой гипнотический эффект есть?

– Что, правда? – радостно завопил рядом кто-то. Невольно вздрогнув, я обернулась. Ларс! Демоны, и как я о нем забыла? На фоне чернокнижника он терялся. А ведь он и есть главная причина этой встречи.

– Спокойно, Ларс, – слегка притушил холодным тоном его эмоции Рейстлин. – Вы сварили зелье?

После недавней стычки мы оба показательно разговаривали на «вы». Не знаю, как чернокнижнику, но мне в этом слышалось что-то крайне издевательское. Судя по тому, как слегка дергался уголок рта мага, ему тоже. И, готова поклясться, если сейчас мы начнем спорить, никто нас не сможет остановить. Ларс в этом вопросе субъект крайне ненадежный.

– Все верно, господин маг, – с язвительной почтительностью ответила я. – Мы сварили зелье.

– Зелье, я так понимаю, экспериментальное и не опробованное? – поинтересовался Рейстлин, делая шаг вперед. Таким образом, он слегка нависал надо мной, словно пытаясь подавить.

– А вы в своей работе всегда используете проверенные методы? – насмешливо поинтересовалась я, чувствуя, как что-то внутри меня начало вскипать и требовать выхода наружу. А еще хотелось видеть ответное раздражение в темных глазах. Потому что не дело ведьме злиться в гордом одиночестве. В конце концов, мы не жадные, мы долги отдаем.

– Я никогда не экспериментирую на собственном брате, – отрезал Рейстлин и добавил. – Для этого есть подопытные животные.

– Не уверена, что я способна вырастить крысам драгоценные рога, – не удержалась от сарказма я. – Они-то ни в чем не виноваты. Так что, простите, придется экспериментировать с тем материалом, что есть. То есть с вашим братом.

Краем глаза я заметила, что «материал» слегка побледнел и отшатнулся.

– Кисонька, – вдруг заблеял он, вдруг начисто растеряв чувство собственного самосохранения. – Может, не надо?

М-да, а жаль, что бабушке здесь нет. Может, тогда бы хватило мозгов не бросаться такими словами. А тут…

– Если еще раз назовешь меня кисонькой, то точно не надо будет, – с ласковой улыбкой практикующего некроманта сообщила я. – Трупам зелья не требуются, а рога, так и быть, можно потом спилить и в ломбард отдать. Ну или с ними тебя похоронить.

– Не советую, – неожиданно – хотя почему неожиданно, он же для этого сюда и приперся? – вступился за брата Рейстлин.