Я тебя расколдую (СИ)
- Козел! - О нет, дорогая моя, бесценная Кассандра. Совсем не козел. Твоими стараниями. - Да, с твоей сущностью я явно чуток ошиблась. Рога бы тебе подошли больше. Тьма! Я не хотела! То есть хотела, но совсем не этого... Я просто хотела отомстить своему бывшему парню, но никак не превращать его старшего брата, известного чернокнижника в синего говорящего попугая! Спокойно, Рейстлин! Я же потомственная ведьма. Я тебя расколдую! Эм... А кто мне подскажет, как? В тексте есть: ведьма, от ненависти до любви, властный герой Однотомник.
– Что, если они собираются обнародовать существование концентрата?
– Патенты на него зарегистрированы и принадлежат государству, – сообщил Рейстлин, а я только отмахнулась:
– Да не в патентах дело, Рейст! Совсем не в них, – я подняла взгляд и на мгновение утонула в темных глазах, неожиданно оказавшихся так близко.
– А в чем? Смысл тогда обнародовать концентрат? Касси, соберись и спокойно изложи свою мысль, – и маг взял меня за руку, словно таким простым жестом хотел передать мне частичку хладнокровия.
– Что, если существование концентрата хотят обнародовать именно для того, чтобы его боялись и запретили? – наконец сформулировала я.
– Это какая-то извращенная логика, – потер переносицу маг, пытаясь собрать все воедино. Но я знала, что много времени ему на это не потребуется – как ни крути, чернокнижник был умен. Даже слишком.
– Почему же? Если под влиянием концентрата свершится ряд преступлений, причем теми людьми, от которых этого никак нельзя ожидать, – продолжила свою мысль, медленно и тщательно проговаривая каждое слово. Словно это помогало все выстроить цепочку более логично.
Рейстлин молчал, то ли обдумывая мои слова, то ли не желая меня перебивать. А я, помолчав еще пару секунд, сделала глубокий вдох и продолжила:
– Тогда вполне логично, что общество испугается данного концентрата, а король будет вынужден его запретить.
– Знаешь, – тихо проговорил Рейстлин, запуская свободную руку в волосы и ероша их. Сейчас, с такой прической, он даже в человеческом облике напоминал птицу. И в другое время это заставило бы мня улыбнуться. А сейчас было совсем не до улыбок. – Ты страшная девушка, Кассандра Ленгтон. С преступным мышлением. Потому что мне даже не могло прийти в голову, что концентрат можно использовать таким образом.
– И что теперь мы будем делать? – спросила я, непрозрачно намекая, что в стороне не останусь.
– Николасу, – пояснил он. – Граф и так знает, что сейчас все меры необходимо усилить. Но на всякий случай, чтобы был настороже. А мы… Завтра мы с тобой отправимся в институт.
Я слабо улыбнулась, соглашаясь с ним. Но было еще кое-что, о чем я промолчала. Кое-что, что понимали мы оба. Если все произойдет по тому сценарию, что я сейчас озвучила, концентрат будет запрещен, да.





