Я тебя расколдую (СИ)

Именно этой мы и должны выяснить.

На такой вот чудесной ноте разговор был завершен. Николас показал попугаю какие-то бумаги, я во время их беседы активно притворялась мебелью – то есть не отсвечивала в принципе. Да и зачем? Все равно их разговор звучал для меня так, словно они говорили на давно умершем языке. Да что там, я даже умершие языки понимала чуточку лучше, чем их беседу!

А потом… Потом меня повели знакомиться с начальством. Рейстлин, как любой порядочный фамильяр, восседал на моем плече, а я едва сдерживалась, чтобы не пройтись по теме того, что некоторые попугаи слишком много едят.

Бенедикт Бонне оказался совсем молодым парнишкой, кажется, он был лишь слегка старше меня. Нескладный, я бы даже сказала, тощий, не слишком симпатичный, но компенсирующий это болтливостью. При знакомстве он активно потер ладони, словно намекая, что скучать мне не придется. Этот жест заставил меня усмехнуться: ну-ну, посмотрим, Бонне, как ты совладаешь с потомственной ведьмой.

– Ну что, ведьмочка, будешь моим писарем? – радостно заржал он, стоило Николасу удалиться. Рейстлин перелетел с моего плеча, уселся на подоконник и слегка наклонил голову, словно изучая лаборанта.

– Если ты сам справиться не в состоянии, то я уж постараюсь облегчить твою душу, – хмыкнула я. – Что надо делать?

– Пока сиди и пей чай, – распорядился он. – Хорошеньким девушкам нечего наукой заниматься. И девушки страдают, и наука. Откровенно говоря, не понимаю, зачем тебя вообще взяли."

"– Я смотрю, ты мне прямо рад, – съязвила я. – Вот только это было распоряжение маркиза Кинстера. Так что извини, меня никуда не денут. Начальство считает, что в разработке проекта могут пригодиться ведьминские знания.

Маркиза Кинстера…. Только проговорив это, я осознала, что у Рейстлина действительно есть титул. Раньше я на этом свое внимание как-то не акцентировала. А теперь… Боже, я сделала из маркиза попугая. Какой ужас.

– Но почему кого-нибудь более опытного не пригласили, а тебя?

Какой дотошный! Все-то ему надо знать! Ладно, хотел – получай.

– А у него на меня виды, – с ласковой улыбкой сообщила я лаборанту. – Но это – тссс – секрет.

– Какие же? – заинтересовался тот, а попугай спрятал лицо, то есть морду в крыло, изображая недвусмысленное отношение к моей реплике.

– Личные. Нравлюсь я ему. Понятно? Но я взаимностью не отвечаю, вот он и решил использовать административный ресурс. Может, займемся уже делом? Тебе граф сказал все показать, рассказать. Вперед, я готова слушать.

Бонне вздохнул, признавая свое полное поражение. И начал экскурсию. Он рассказывал, показывал на приборы, объяснял, что и для чего предназначено. Я только кивала, и лаборант каждый раз добавлял, что это чисто теоретически, на случай, если кто-то что-то спросит.