Я твой монстр. Книга 2

Ничего не хотела. И, отвернувшись, я натянула на себя простынь, закрываясь от него, от его взгляда, от его возможности видеть меня вот такой – обнаженной, растоптанной, слабой… ничтожной.

– Нам нужно поговорить, – тихо сказал Чи.

– Конечно, – безразлично ответила я.

Он помолчал, стоя рядом с кроватью, стоя надо мной, и добавил:

– Я закажу контрацептив.

А, да, точно… он же… в меня. Логично и более чем разумно. Можно даже сказать – проявление заботы по-яторийски…

В гробу я видала такую заботу!

– Кей… – тихий голос.

Я промолчала, понимая, что едва ли смогу сейчас выговорить хоть слово.

Адзауро собрал свои вещи и ушел в ванную. Там, включая воду, ответил, видимо, на одно из сообщений:

– Да, я сейчас буду. Прекрати истерить. Естественно люблю, ты же знаешь."

"Он произнес это на яторийском. «Естественно люблю, ты же знаешь»… Что ж, а я прекрасно знала, кому он это сказал, но мне едва ли стало от этого легче. Больнее, да, больнее в миллиарды раз, а после… изнутри все просто начало замерзать, вымораживая боль, обиду, злость на саму себя. И не осталось ничего. Практически ничего, кроме рефлексов.

Я знала, что в армии учат одеваться за сорок секунд. В преступном сообществе на сборы хватало двадцати. Я потратила примерно тридцать и покинула номер гостиницы, унося туфли в руках.

* * *Заметать следы тоже было рефлексом.

Я осознала, что делаю, только сменив второй наемный флайт и миновав несколько служебных выходов, а потом до меня дошло – зачем? Смысл скрываться, если меня никто не будет искать? Я никому не нужна.

А впрочем, я ошиблась – нужна я была, нужна безумно, нужна настолько, что Барбара Тейн, когда я ответила на сотый ее вызов, задала всего один вопрос:

– Где ты?

Это был хороший вопрос, потому что… ответа я не знала.

– Здесь, – тихо ответила Барбаре и, скинув геолокацию, выключила сейр.

Спустя десять минут возле меня с шипением тормозов остановился флайт. Из него выскользнула по-змеиному гибкая полковник Тейн, на удивление в кроссовках, а не на каблуках. Медленно подошла, оценивая мою зареванную физиономию, сняла куртку, накинула мне на плечи и постояла со мной минут пять, пока я пыталась хоть как-то прийти в себя. Она ни о чем не спрашивала, ни в чем не упрекала, мы просто стояли вместе на одном из пешеходных мостов Дженеры и смотрели, как из-за горизонта выкатывается огромное красное солнце.

– Красивый рассвет, – тихо сказала Барбара.

– Да, – прошептала я, – очень.

Мы постояли еще несколько минут, и полковник напомнила:

– Работа.

Я кивнула, и мы пошли к флайту.

Говорят, у спецов S-класса вся жизнь состоит только из этого – работы. В этот момент я завидовала даже Барбаре Тейн, потому что у нее был смысл жить дальше, а у меня – нет. Больно.