Я заберу свою дочь

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Удивительно, но его уверенность и мне передается. Чувствую – я под защитой.

- Ты не можешь на это повлиять. Бумаги подписаны, ее ждут в конторе, - прежней уверенности у следователя нет.

Константин достает мобильный и набирает номер.

- Денис Иванович, доброго здравия! Беспредел творится. Толмачева под моей защитой, она в положении. А ваш Вихрев ее забирать надумал. Я потом подъеду, мы с вами с глазу на глаз потолкуем. А пока дайте, пожалуйста, отбой своему орлу, - говорит очень спокойно, но слишком уверенно.

Смотрю на следователя, а тот бледнеет.

- Зачем вы генералу звонили? – спрашивает, когда Константин завершает разговор.

Он не отвечает. Выжидает. Раздается звонок телефона у следователя.

- Вас к телефону, - ухмыляется. – Люба, иди к себе, - кивает мне.

Вот тут я даже не думаю спорить. Разворачиваюсь и шустро ретируюсь к себе.

Только напряжение все равно не отпускает. Измеряю шагами комнату. Спасибо Константину, что вмешался. Но ведь это просто отсрочка. Если есть доказательства, от меня не отстанут.

Страх, подобно яду расползается по телу.

Константин приходит через минут пять.

- Спасибо… я не… виновата… я бы… никогда, - губы дрожат. Очень сложно говорить.

- Я знаю, - подходит и прижимает меня к себе.

Впитываю его тепло, цепляюсь, как за спасательный круг. Мне больше негде искать защиты. Мне становится так уютно, будто простыми объятиями Константин отгородил меня от всего мира и проблем.

- Но ведь там доказательства…

- Разберемся, - и я хватаюсь за эту его уверенность. Она мне сейчас необходима. Просто поверить, что из этого можно выпутаться. Что он поможет отмыть эту грязь.

Но сквозь ощущение тепла, пробивается что-то инородное. Неприятное. Отталкивающее.

Не сразу удается разобрать, что это. В нос забивается запах. Чужой. Женский. Парфюм. Дорогой. Очень приятный, легкий, цветочный.

Принюхиваюсь. Ошибки нет. От него пахнет женскими духами.

Освобождаюсь из объятий. Внимательно его рассматриваю. Одежда вчерашняя. Помятая. Лицо несвежее. Точно не спал ночь.

Чем он занимался, можно догадаться. Почему так больно? На глаза наворачиваются слезы.

Я не имею права спрашивать. Не имею права предъявлять. Он волен поступать, как считает нужным.

- Хочу побыть одна. Уходи, - голос предательски дрожит.

- Сейчас приедет адвокат, расскажешь ему все что знаешь. Но для начала поешь. Успокойся, - протягивает ко мне руку, отшатываюсь. В носу все еще стоит этот запах духов. – И надо как можно скорее уладить вопрос с разводом. Будет безопасней, если ты станешь моей женой, - добавляет будничным тоном. Как еще один список рабочих дел.

Это как удар под дых.