Я заберу свою дочь

Еще несколько ударов по роже.

Откидываю тушу. Выхожу из дома.

Звонок от Любы.

Еще и Бодя чудит. Ну вот какого он приехал ко мне домой? Что за бабье любопытство?!

Заскакиваю в машину. Мчу к себе. В голове сотня мыслей. И ни одной дельной. Только осознание – правду не утаить. Скоро она обо все узнает «доброжелателей» хватает.

А в ее положении эта правда губительна.

Это изменит все. Окончательно и бесповоротно.

***

Судорожно роюсь в ящике стола. Должно быть что-то еще! Но больше ничего, кроме многочисленных бумаг. Надо обыскать все!

Рука уже тянется к очередному ящику. Замираю. А если он меня застанет? Как это будет выглядеть со стороны? Как воришка, роюсь в его бумагах. Но мне нужна эта правда!

Заставляю себя сложить все обратно. Встаю с кресла.

Константин мог собирать про меня информацию. Копаться в прошлом. Это логично, он хочет знать, кто удочерил малышку. Но эта фотография, кто и как ее сделал?

Что он обо мне знает? Если собирал досье, должно быть что-то еще. Руки ходуном, внутренности скручиваются в тугой узел, к горлу подступает тошнота.

Надо думать логически. Что он мог выяснить? Вениамин меня заверил, что уладил все и теперь мне не надо жить в страхе.

После того как будущий муж спас нас с Надюшкой, я рассказала ему правду. Просто не могла держать это в себе. Прошлое, как камень на шее, оно всегда будет напоминать о себе.

Но мне отчаянно не хочется, чтобы Константин это знал. Не готова я изливать перед ним душу. Не готова видеть в его глазах реакцию на правду.

Что мне делать? Спросить его про фото?

Выхожу из кабинета. Ползу по коридору. Одна фотография подняла кошмары прошлого. Заставила содрогаться от ужаса, переживать все вновь.

- Люб, ты чего такая бледная? – голос Константина звучит оглушающим ударом.

Я в таком шоке, что даже не заметила, как он пришел. Как подошел ко мне.

- Да… я… - открываю и закрываю рот. Слова застревают в горле. Теряю дар речи.

- Что случилось? Это Бодя тебя так напугал?

Поднимаю голову. Сначала перед глазами все расплывается. Потом тихо вскрикиваю."

"Константин весь в крови. Бровь рассечена. Белая рубашка стала красной, пиджак порван.

- Это с тобой что? – выдаю осипшим голосом. Ноги подкашиваются.

Константин подхватывает меня и укладывает на диван.

- Ерунда. Не бери в голову, - осторожно убирает волосы с моего лица.

- Ты весь в крови, - протягиваю руку и касаюсь его щеки. Щетина немного отросла. Приятно колет руку, по телу пробегает дрожь.

Вопреки, напряженному моменту, меня охватывает теплая волна. Как же приятно к нему прикасаться. О чем я думаю?

- Прости, не хотел тебя пугать. Думал метнуться в душ, но ты меня напугала. Люб, ты зеленая, - говорит быстро, сбивчиво.

Переживает. Он так близко. В глазах тревога.