Яма

– Вы спасли не только госпожу Эрмин, вы спасли нашу честь. Если бы у нас на глазах погибла клиентка, мы не смогли бы жить с таким позором, – взволнованно сказал я.

– Она моя клиентка, – ответила Эмма. – Я отлично обошлась бы без вас обоих.

Даже эта грубость не ослабила моего восхищения. Но главный триумф молодой сыщицы был еще впереди.

Вечером пришел ответ из Берлина – раньше, чем результат лабораторных анализов из префектуры.

Шпехт-сан с истинно немецкой обстоятельностью подробно докладывал «дорогому Эрасту», что доктор Ян ван Дорн значится в адресной книге провинции Гессен-Нассау как житель города Марбург, Фридрих-Вильгельм-штрассе 12. Выяснение второго вопроса – носит ли означенный субъект зеленые очки – заняло больше времени, потому что пришлось посылать запрос начальнику марбургской полиции, а тот, в свою очередь, навел справки в участке по месту жительства. Ответ положительный: доктор ван Дорн ходит в очках со стеклами зеленого цвета. В конце длиннющей телеграммы Шпехт-сан выражал надежду, что «дорогой Эраст» при случае расскажет, чем вызван такой интерес к марбургскому доктору и его очкам.

Мы все пришли в возбуждение, даже господин не справился с волнением."

"– Это не просто след! – воскликнул он. – Это прямой выход на заказчика похищения картины! А от него мы выйдем и на Аспена с его «метростроевцами!» Эмма, вы феноменальная сыщица!

Я был того же мнения.

– А вы поезжайте в свое Толедо, кабальело, – картавя сказала Эмма в ответ на мои искренние восторги. Характер у нее, увы, был ужасный. Хотя «кабарьеро» по-испански значит «самурай», так что ничего особенно обидного в ее словах не было.

С этого момента в нашей маленькой команде без каких-либо споров или обсуждений произошло перераспределение ролей. Теперь стала распоряжаться Эмма. Эраст Петрович уступил ей первенство, я же и раньше на него не претендовал.

Рыжеволосая сыщица взялась за дело решительно, и все ее решения были здравыми.

Сначала она потребовала, чтобы госпожа Эрмин рассталась с собакой. Корделия протестовала, говорила, что теперь ни за что на свете не разлучится со своим драгоценным Лулу, но Эмма заявила: «За нами следят, и с вашей кудрявой собакой, на которую все будут пялиться, нам от слежки не оторваться». Мы с господином поддержали этот бесспорный аргумент, и рассыльный увез псину в Пасси, где богатая наследница после пожара на родительской вилле снимала апартаменты.

Столь же безжалостно Эмма запретила Корделии заехать домой за вещами, которые понадобятся в дороге (что мы все отправляемся в Марбург, даже не обсуждалось – это было очевидно). На квартире госпожу Эрмин могла подстерегать смертельная опасность, притом самого неожиданного свойства.