Идеальна для меня
Я не знала, какой монстр мой босс… Ровно до того момента, пока не решила уволиться.* * *Долгие пять лет я упорно трудилась личным секретарем босса крупной корпорации мистера Шульца. Была его правой рукой, безмолвной тенью за спиной. Он — грубый, жестокий, циничный мужчина, который требует полной покорности, готовности работать нон-стоп.Долгие пять лет я соответствовала каждому из его нескончаемых требований. Все! Пришло время, наконец, уйти: выйти замуж, завести детей.Жаль я и не подозревала, что Шульц так просто меня не отпустит… И все из-за одной маленькой строчки в договоре, которую я даже не заметила.ХЭ
Ронни простил меня, но… Но теперь между нами будто залегла огромная зыбучая пропасть.
Часть 15
— Ко мне, Браун.
Не успела я сесть за рабочий стол, как противный сигнал телефона оглушил комнату. «Он следил по камерам наблюдения в офисе?» — предположила я, напрягаясь. Подхватив со стола блокнот, медленно направилась к двери кабинета босса, чувствуя странное волнение. Данное Ронни обещание «не спать с другими мужчинами» стало опорной точкой моей новой жизни. Тем не менее, смогу ли я противостоять сильному мужчине в закрытой наглухо комнате?
Неловко постучавшись, я получила краткий положительный ответ, после чего распахнула дверь, позволяя сильнейшей энергетике Шульца парализовать меня с ног до головы.
Прямой цепкий взгляд — вот, что увидела я первым делом. Застопорившись, внезапно испытала непреодолимое желание развернуться и сбежать так быстро, как только могла.
— Ближе, — холодно скомандовал он, указывая подбородком на место в полуметре от него, рядом со столом.
Нервно сглотнув тяжелый ком, я нехотя вышагивала вперед, вторя безумным ударам сердца.
— Вы хотели меня видеть? — спустя длительное молчание спокойно протянула я, вкладывая в голос остатки собранности и храбрости. Шульц, словно нарочно, ничего не говорил. Лишь смотрел, изучал, сканировал. Когда он поднял кисть со стола, чтобы подпереть ладонью руку, я вздрогнула, а он довольно хмыкнул.
— Скажи мне, Эмми, — его голос казался тягучим металлом, раскалённой субстанцией, покрывающей кожу, превращая ее в нечто, напоминающее что-то неважное и бессмысленное. — Почему ты бросила трубку?
— Я…
Каждая буква в его слове резала ножом по телу, лишила возможности говорить внятно, соображать.
— Разве я разрешал тебе это делать? — добавил Шульц, слегка наклоняя голову набок, будто зверь на охоте."
"В тот момент я вдруг осознала, что если заявлю ему о своих правах и начну пререкаться — кину прямой вызов, спровоцирую. Посему покорно опустила голову и, поджав губу, выдохнула:
— Прости, больше такого не повторится.
— Что именно не повторится, Браун?
Мне показалось, что голос босса стал ниже и чуть более хриплым. Не поднимая головы и отбросив громко кричащую совесть, я отчеканила по слогам:
— Обещаю больше не бросать трубку во время рабочего разговора с вами.
— Дальше, — я услышала, как Конрад, глубоко вздохнув, откинулся на спинку стула. Искоса взглянув на мужчину из-под ресниц, я прошлась взглядом по широко раскинутым ногам и рукам, уложенным на быльца высокого мягкого рабочего стула. — Что еще ты мне обещаешь?
— Еще?.. — я растерянно отряхнулась. В комнате заискрило нечто новое, тягучее, перебивающее страх.
— Например, — он прочистил горло и расстегнул верхние пуговицы рубашки, — то, что ты не будешь сбегать от меня на ланч.

















