Иди ты... в жёны (СИ)

Он дразнил чувствительные точки подушечками пальцев, а я могла лишь жадно хватать ртом воздух, раскрываясь для него всё больше и больше.

Мужские губы скользили по шее и груди, пока я выгибалась навстречу его пальцам.

Я уже была близка к разрядке, как Саша вдруг резко перестал ласкать меня.

Протестующе простонав, я наблюдала за тем, как он быстро распаковал презерватив и надел его на член. А затем он, не церемонясь, развернул меня так, что я сама не поняла, как оказалась на четвереньках с оттопыренной в его сторону задницей.

- Вот так! – звонкий шлепок по моей заднице отлетел от стен. Я со сладким предчувствием прикусила нижнюю губу, чувствуя, как головка прижалась к лону. Прогнулась в спине, помогая ему войти глубже, и с наслаждением приняла каждый сантиметр, что вошёл в меня.

Глубоко. Очень. Либо за три года я забыла, какого это?

Саша впился в мои бёдра пальцами и начал плавно двигаться, пока я сжимала в руках простыню.

Он намотал мои волосы на кулак, потянул на себя и заставил прижаться к его груди спиной. Не переставая двигаться во мне, пальцы свободой руки положил на клитор и начал кружить по нему подушечками пальцев, стремительно вознося меня на такую вершину удовольствия, на которой я ещё не бывала.

- Да! – выдохнула я хрипло. Положила свою руку поверх его, вынуждая сильнее нажимать на крайне чувствительную сейчас плоть.

Титов начал резче и жестче входить в меня. Ему пришлось крепче удерживать меня в вертикальном положении, потому что я уже теряла связь с реальностью, чувствуя, что разрядка быстро.

- Только попробуй остановиться! – агрессивно выругалась я.

- Ни в этот раз, - он прикусил мочку моего уха. Отпустил волосы и обхватил пальцами шею, почти лишая меня кислорода.

Непристойные звуки нашей близости заполнили комнату.

Внизу живота зародился самый настоящий пожар, который мгновенно разлился по венам, превратив меня в пылающую податливую куклу в руках мастера. За пожаром последовал взрыв, ударной волной которого меня свалило с ног.

Если бы не Сашины руки, упала бы я на пол, а не лицом в подушки.

Не понимая, чья пульсация сильнее – моя или Сашина, я могла только тяжело дышать и устало улыбаться идиотской улыбочкой.

Три года вынужденного воздержания закончились просто феерическим оргазмом, о котором хотелось рассказать всем.

- Ты как? Живая? – аккуратно спросил Саша, уже выйдя из меня и укрыв одеялом.

- Нет. Спасибо, - выдохнула я благодарно и прикрыла глаза.

Глава 24. Любовь

Глава 24. Любовь

Дождь барабанил по окнам. Он начался ещё ночью и, судя по его ленивому и унылому темпу, прекратится он ещё нескоро.

Я перевела взгляд с окна на мужскую руку, что по-хозяйски лежала на моей груди. Будто всю жизнь здесь была.