Японская война 1904. Книга вторая

— Его попытались перехватить по дороге, но он десять бандитов сам зарубил, еще от десятка ушел. И за все время получил только одну царапину саблей да след от пули по касательной. Храбрый и в рубашке родился. Я бы такому есаула или даже старшину легко дал бы!

— Спасибо, но я пока все же с Вячеславом Григорьевичем останусь, — из-за спины Мищенко показался Семен. Действительно бледный, замотанный бинтами, но на коне. Вот же, совсем себя не бережет!

— Хорунжий Буденный, тогда слушайте приказ. Срочно в санчасть: спешиться, доложиться и вместе с остальными отбыть на санитарном поезде.

— Я хотел сначала рассказать про тех, кто пытался мне помешать, — Семен упрямо опустил голову. — Одна группа — это новенькие добровольцы. Лиц я не разглядел, но одежда и повадки — все о том говорит. А вторая — это хунхузы, но их наниматель японец. Причем японец из военной разведки, и мне рассказали способ, как выйти с ним на связь!

Очень хотелось сказать — какие, мол, японцы и разведка, когда у нас тут настоящая война. Но проблема-то на самом деле важная."

"— Если вас в госпиталь повезут, то и расскажете все жандармам, они проверят след, — Мищенко предложил самый простой вариант.

— Раньше не нашли и сейчас могут упустить, — Буденный продолжал бычить лоб. Он не говорил это прямо, но и так было понятно: одно дело сами японцы, другое дело наши, которые действовали с ними заодно. Кто их прикрывал, не сможет ли этот человек вмешаться в расследование? Определенно не хотелось рисковать.

— Тогда вам придется подождать меня, — решил я. — А еще… У Врангеля, слышал, несколько казаков получили легкие ранения — берите их в свое подчинение. Как ляжете в госпиталь, разместите их рядом и задерживайте всех, кто помимо врачей решит с вами поговорить. Понимаете?

— Думаете, меня решат устранить? — задумался Семен. — Может, тогда еще слух пустить, что у меня есть важная информация, и я очень жду вашего возвращения, чтобы ее рассказать?

— Лучше не переигрывать, — я покачал головой. — Не будем держать врагов за идиотов. Сделаем все слишком явно, и они, наоборот, решат затаиться.

Я проводил Семена, а потом мы с Мищенко вернулись к обсуждению боевой обстановки. Пауза после разгрома ближайших японских сил подходила к концу, и нужно было принимать решение, куда и как нам двигаться дальше.

— Насколько вы готовы действовать? — я внимательно посмотрел на Мищенко. И это был не пустой вопрос. Одно дело нанести быстрый удар почти рядом с зоной, которую тебе доверили прикрывать, и совсем другое — решиться на что-то большее. А то ведь так и против извечного «как бы чего не вышло» придется пойти.

— Мы без обоза, припасов взяли на три дня, — Павел Иванович скромно намекнул, что остальное уже и не важно. Казачья бригада может и будет сама принимать решения.