Игрушка для бизнесмена

Боясь этой паузы, набираю в легкие еще воздуха, чтобы сообщить:

— Я не знаю, сколько времени это займет, но я… я не думаю, что меньше… месяца или… может быть больше…

Выдохнув, смотрю на него напряженно.

Он молчит и молчит, от чего начинаю нервничать всерьез. Театрально задумчивый, будто раздумывает над тем, как устроена вселенная! То есть, как бы между делом выгнув брови, отчего на лбу прорезались морщинки.

Я чувствую, как мое собственное лицо приобретает упрямое выражение, потому что подбородок ползет вверх.

Опустив руки, Рома вдруг встает, отталкивая от себя стул.

В узком охвате камеры, я вижу его спину и задницу, а также заложенные в карманы руки, когда подходит к окну в паре метров от стола.

— Я не могу отправить ее назад… — повторяю скороговоркой. — Понимаешь? — кричу ему вдогонку, чувствуя, как к глазам приливают слезы. — У меня никого кроме нее нет! И у нее кроме меня!

Он продолжает молчать, а я стираю слезы со щек.

— Это попытка найти границы моего эгоизма? — вдруг произносит Рома, продолжая демонстрировать мне свою спину.

— Называй как хочешь…

— Больше похоже на ультиматум.

— Я не могу ехать без нее… — трясу головой.

Может быть, я самый дерьмовый дипломат на свете, но не думаю, что совладала бы с ним в любом случае!

— Это все? — интересуется. — Или существует еще какая-то неразрешимая херня, которая не пускает тебя из Москвы?

— Это… все… — говорю тонко.

Пока он молчит, царапаю ногтями колени.

— Я не юрист, — говорит наконец-то. — Но даже я понимаю, что двадцатитрехлетняя безработная без собственного жилья и… — берет он паузу. — Незамужняя, вряд ли может рассчитывать на опеку.

Мои щеки вспыхивают так, что следом загораются уши.

— Все это… — откашливаюсь и, возведя к потолку глаза, сдаюсь. — Решаемо.

Поднеся к губам кулак, прикусываю костяшку до боли.

Теперь, когда мы выяснили, чего мне от него нужно, я рада, что он не видит моего пылающего лица. Ни один юрист не поможет, если у меня не будет работы, жилья и мужа. Мне не справиться без него… не справиться!

— Предположим, — отзывается Рома. — Все, кроме последнего пункта.

— Ты что, уже женат? — бросаю в шутку, но мой голос дрожит.

Это оказалось больно. Он не хочет… штампа в паспорте…

А я?

Вопрос бесконечно глупый! Я хочу… Хочу!

— Я не женат, Юля. Но ты могла заметить, что я нахожусь на другом континенте, а в нашей стране заключение брака по доверенности невозможною. Сейчас вопрос моего возвращения в Москву очень, блять, эфемерный. Моя команда уже здесь, как и мои юристы, потому что я пытаюсь заключить самую крупную сделку в своей жизни.

Опустив в ладони лицо, пытаюсь не скулить.