Игрушка для двух братьев

Однако он очень разозлился на меня, и это я тоже не мог оставить без внимания: мой брат слишком увлекся своей игрушкой.

Мне придется сделать все, чтобы его увлечение не вышло ему и всем нам боком. Я плотоядно улыбнулся, представив свои дальнейшие действия.

Игра только началась, моя сладкая девочка…

***Эля

Я спустилась к Максу в кабинет ровно в два часа дня. На мне все еще был тот самый дурацкий сарафан в цветочек и жутко неудобные босоножки. Дядя не церемонился с выбором одежды для своей племянницы, которая принесла ему баснословную сумму.

Я случайно услышала разговор Макса с дядюшкой, когда тот, обеспокоенный отсутствием зачисления, видимо решил позвонить и напомнить об оплате товара, то есть меня.

— Деньги поступят до обеда, это стандартная банковская процедура, — объяснил Макс спокойно, общаясь с дядей по громкой связи.

— Если ты меня обманешь, малец, я тебя сдам своим ребятам! — пригрозил дядя Паша, чей голос буквально звенел от ярости. — Они из тебя живо вытрясут всю сумму! Да еще вернешь девку, которую забрал.

Я поморщилась, услышав, как меня назвал родной дядя. Я ему была не дороже мусора. Девка с улицы — не больше, не меньше.

— Если я еще раз услышу подобное, то тебе не сдобровать, — процедил Макс и отключил сотовый.

Я стояла за дверью его кабинета и не знала, как быть дальше. Интересно, он сильно разозлится, если увидит, что я подслушала его разговор с моим дядей?

Наверное, я слишком громко думала, раз меня вдруг окликнул Макс:

— Не стой возле двери, заходи.

Я осторожно толкнула дверь и вошла. Ого! Вот это кабинет так кабинет — я едва не присвистнула от увиденного: огромные стеллажи с книгами от пола до потолка, шикарный каменный камин, панорамное окно с видом на озеро и большой кожаный диван черного цвета. Масштабы у Макса поражали воображение.

Кстати, как и сам Макс. Я кинула на него несмелый взгляд, который он тут же перехватил, и вспыхнула. Боже! Какой же Макс был нереально красивый!

Он любил строгий деловой стиль, и даже дома носил идеально выглаженные рубашки и брюки. Лишь иногда позволял себе одеться в белоснежную футболку и черные джинсы, которые так выгодно подчеркивали его подтянутое тело.

Рукава рубашки были закатаны до локтя, и я заметила что накачанные руки Макса все в татуировках. Прямо как у Эмиля… Какие-то витиеватые символы, скрытые одеждой.

Я почувствовала, как низ живота налился приятной тяжестью. Парни с татуировками были моей маленькой слабостью.

Были или стали, Эля?!

— Нравится? — вдруг задал вопрос Макс, приводя меня в смятение: как, черт побери, он понял, о чем я думаю?!

— Я об интерьере, — добавил он, усмехнувшись, и я была готова хлопнуть себя по лбу ладонью за недогадливость.