Игрушка для двух братьев

— Ягодка, отдохни, мы оставим тебя…

Эля лишь кивнула. Ни слова не сказала. Ни «сладких снов, мои волчата», ни, тем более, «останьтесь со мной на ночь»… Шучу, конечно! Больше всего меня смутило не ее молчание, а тот самый странный взгляд, который она бросила нам напоследок, едва мы оказались у двери. Как будто пыталась нас разоблачить или уличить в чем-то.

Р-р-р! Как бы я хотел прочесть ее мысли в этот момент! Тогда бы все встало на свои места, и я бы с чистой совестью пошел перегрызать глотку Стелле!

Да, это звучало очень жестоко, но ради Ягодки я мог бы пойти на все.

«Даже пойти против своей стаи?» — услышал я вдруг голос Эмиля в своей голове, и резко к нему повернулся.

— Ты же знаешь, я не люблю, когда так делают!

— Тише, тише, Макс! — Эм в примирительном жесте выставил руки вперед. — Ты думал слишком громко. И вообще я не об этом хотел поговорить… Что думаешь насчет Стеллы?

— Думаю, что она за две минуты успела наплести Эле какой-то ерунды насчет нас с тобой.

— Само собой, — усмехнулся Эмиль и запустил пятерню в свои густые вихры. — Слушай, я хочу прямо сейчас переговорить с Марк Марковичем. Останешься дома, пока я поеду в клинику?

В другое время я бы сорвался вместе с братом, но сегодня мне не хотелось оставлять Элю одну, хоть дом и был защищен охраной, Стеллу, например, это не остановило. Она свободно прошла к дому, применив к ребятам убеждение. Это была моя промашка — нужно было брать опытных людей или молодых волков из знакомой стаи.

— Можешь по пути завести отцу документы на подпись? Нужна его доверенность на совершение некоторых сделок.

— Завезу, — отозвался коротко Эм, и я почувствовал, как в его голосе вновь появилось не присущее ему напряжение.

— Все в порядке, брат?

— Более чем. Пойду переоденусь. Не задерживайся, не хочу торчать в пробках, — Эмиль постучал по своим модным электронным часам и пошел в свою комнату, оставив меня одного.

Хоть Эмиль и не рассказывал ничего, я понимал, что причина его перемены настроения в отце. Наш отец был волком старой закалки, старых нравов, с ним было непросто поладить даже близким, что уж говорить о чужаках.

И после того случая с предательством Белых клыков он стал еще более замкнутым в себе, у него появилось сильное недоверие к людям. Особенно, к женщинам. Ведь тогда новгородские волки заманили нас в ловушку с помощью человеческой девушки — и клюнул на нее первым… наш отец, решивший, что ей нужна помощь.

Несмотря на свою угрюмость и жесткий характер, в глубине души он был очень добрым человеком. Добрым, но очень принципиальным, не терпящим того, чтобы ему перечили.

И сейчас ему лучше не знать, что мы живем под одной крышей с Элей. От этого будет плохо всем.