Инстинкт Бабы-Яги
С тех пор, как хозяйка Ивана Подушкина – бизнесвумен Элеонора – возомнила себя великой сыщицей, он потерял покой. А теперь еще Нора приобрела лицензию на сыскную деятельность и дает объявления в газетах… Первая клиентка не заставила себя долго ждать. Алена Шергина уверена, что на ее жизнь не единожды покушались. Она даже знает имя виновного – Марина Райкова. Нора советует Алене на время уехать из города, и та решает отсидеться на даче. Но по дороге Шергина трагически погибает. Элеонора посылает Ваню поговорить с Мариной, и после этого визита Райкова кончает жизнь самоубийством. Очевидно, от угрызений совести… Но Нора уверена: Алену и Марину убила одна и та же рука. А вот чтобы поймать убийцу за руку, попыхтеть придется Ивану Подушкину…
– И не надо, впрочем, тебе тоже не советую этим заниматься, поймают и посадят, – отбрила боязливая Анечка.
Марина схватила ее за ворот блузки и прошипела:
– Только посмей меня выдать, дрянь. Имей в виду, побежишь ябедничать, не жить тебе. Ребята поймают, и ау! Ясненько?
В раздевалке в тот момент, когда происходил разговор, никого не было, и Анечка испугалась. Лицо Марины было злым, а выражение прищуренных глаз не сулило ничего хорошего.
Анечка еле вырвалась из цепких пальцев коллеги, руки тряслись, ноги дрожали. Перспектива провести весь день, сидя спиной к спине с Мариной, казалась ужасной. Ане было очень некомфортно, противно и страшно. Если раньше во время рабочего дня они с Мариной могли обмениваться дружескими словами, то вчера Аня просто кожей чувствовала ледяной холод, который исходил от товарки. Сидеть весь день рядом было просто мукой, и Аня совсем сникла. Представьте ее радость, когда Марина вдруг подхватилась и убежала.
– А почему она ушла, не знаете? – прервал я Аню.
– Так мобильный у нее позвонил.
– И что ей сказали?
– Разве услышишь! – справедливо удивилась кассирша. – Это ж какие уши иметь надо!
– Хорошо, вы не могли услышать то, что сообщил человек, вызывавший Райкову, но неужели вы не разобрали слова Марины? Ну что она говорила?
Аня призадумалась:
– Вроде сначала спросила: «Это кто?»
– Дальше.
– Молчала.
– Все время?
– Сказала только: «Что за чушь! Нет там никаких бутылок!»
– Бутылок?
– Ага. «Нет там никаких бутылок, не ври!»
– А потом?
– Кассу закрыла, видно, очень нервничала, потому что под нос бурчала: «Бутылка! Офигеть можно! Да еще ключи! Плохо дело! Что за черт?»
– Ну и?
– Все, улетела и не вернулась, а я только рада была, – всхлипнула Аня. – Ну простите меня! Клянусь, больше никогда, ни разу в жизни такого не будет.
Прозвучала сирена.
– Ступай на место, – каменным тоном отрезала Таня.
Аня, залившись слезами, убежала.
Татьяна поворошила бумаги на столе.
– Вот дрянь! Мы давно хотели воров вычислить, только все на грузчиков думали, в голову не пришло, что Райкова на такое способна! Теперь всех кассиров проверять надо!
– У вас есть номер мобильного Райковой? – спросил я.
Таня кивнула:
– Да.
– Сделайте одолжение, напишите.
Она послушно вывела цифры и, протянув мне листок, сказала:
– Некоторые гадины выглядят такими ангелами.
Я кивнул. Да, частенько случается, что внешний вид и внутреннее содержание не соответствуют друг другу, внутри красивой упаковки может лежать испорченный товар, а за приятной внешностью скрываться подлец.
Глава 10
Прежде чем ехать к Норе с отчетом, я отправился в салон и увидел Миранду, читавшую в холле журнал. Честно говоря, я думал, что парикмахер просто перекрасит девочку в другой цвет, очевидно, черный.











