Индульгенция 2. Без права на жизнь

Послал в жопу Мавку, что с большим удовольствием следила за моими страданиями и даже пыталась драматично подвывать в особо болючие моменты. А так как со слухом у нее было крайне хреново, ее вопли еще больше бесили и причиняли, и кроме телесной, ещё и душевную боль. Попытки ее заткнуть ни к чему не привели — всякие палки и камни, что я в нее швырял, проходили сквозь нее, а от магии она уворачивалась и обидно смеялась.

Бесит! Как же эта сука меня бесит! Где там моя любимая Навка? Вот уж кто и к груди прижмет, и за задницу даст потрогать. Не то, что эта гадина. Ни сочувствия, ни поддержки, ни дружеского секса.

Ну да, она ж нематериальна, а трахаться с тем, кого не можешь схватить, я пока не умею. А этой, похоже, даже нравилось ее новое состояние — по крайней мере, плотность она обретать не спешила. Лучше ведь плохо лететь, чем хорошо идти. Я бы тоже полетел, но не умею. Но научусь — потом.

Ранее утро, машин нет. Я сверился с навигатором — пошел туда, где ближе. Туда же теоретически могли переместиться и Снежана с Мавкой. Город Знаменск был хоть и небольшим, но стоял, можно сказать, в центре логистики и из него можно было выбраться и по воде, и по суше, и по воздуху. Эдакий коммерческий перевалочный хаб.

Браслет Снежаны молчал — либо она его отключила, что было бы логично, либо потеряла — чему я не удивлюсь. Либо… Да фиг его знает. Предположения закончились.

Связь с Навкой усилилась, но пока определить, где она находится, я не мог. Видать, пока ещё далеко. Ну да ничего, найдет.

Дотопал — для бешеной собаки сто верст не крюк. Один раз нарвался на Темный патруль, но ничего, обошлось. Даже документы проверять не стали. Моя аристократическая морда и чуть помятый вид подозрений не вызвали. Правда, подвезти не предложили — твари, как еще их после этого назвать…

И стоило мне буквально переступить за границу большого симпатичного столба, как я почувствовал, как моя связь с Навкой усилилась. Ее приближение тоже ощутил очень отчётливо. Быстрое. Очень даже. Похоже, моя красотка летела ко мне на всех парах, готовая казнить и миловать. Возможно, только казнить.

— Что-то приближается. Опасное, -напряглась Мавка, делая серьезное лицо.

— Это моя лягушонка в коробчонке едет. Соскучилась милая…"

"— Уверена, она захочет тебя убить. Потому как тебя все хотят убить, и заметь, вполне заслуженно.

— Мавка, вот скажи мне, почему ты такая неблагодарная сука? Я ж, чтобы ты жила, своей кровью поделился. Можно сказать, теплом души. А ты меня за это ненавидишь. Нормально же общались — ну, относительно. А теперь вот только и делаешь, что желаешь мне отправиться в Навь. Кстати, я там уже был — зачетное местечко.