Индульгенция 2. Без права на жизнь

— Нет, я тебя точно трахну! Поймаю, свяжу и трахну так, что будешь визжать как сучка, — прохрипел я, падая после очередного удара в живот.

Двигалась эта ненормальная нереально быстро. Вот она стоит передо мной, а вот я уже на земле, катаюсь от дикой боли. И это когда Мавка в человеческом обличье. А если она превращалась в псину, то у меня даже минимального шанса на ответку не было.

— Раз есть такое желание, значит, есть на это силы. Сделаем ещё три подхода, чтобы уж наверняка закрепить. А завтра начнем изучать новую связку, соединяя ее с этой. Ну, и про полосу препятствий не забывай. Ее как раз Руслан с Аленькой сегодня закончат восстанавливать.

— Они меня хотят убить, — простонал я.

— Ну, Руслан — тот точно. Все же не стоило тебе говорить ему, что во время полета его болтает, как член в рукомойнике. А вот Аленькой ты, кажется, даже нравишься.

— Ну, я так сразу и подумал, когда она мне по жопе молнией зарядила.

— Сам же говоришь, бьет — значит любит, — усмехнулась она.

— Тогда ты точно от меня без ума. Сильней, чем ты, меня никто тут не лупит.

— Ну конечно, глупый! Наконец-то ты догадался о моих к тебе чувствах. А теперь хватит болтать — пошел, пошёл, пошёл!!!

Ну, я и пошел. Сегодня и вот уже почти месяц, как иду и иду. Получаю и получаю. Что? Я не сказал, что уже столько времени тут нахожусь? Простите. Ежедневные удары по голове памяти не добавляют.

Так, с чего бы начать — пока тело страдает, можно чуть удариться в воспоминания. На чем я там остановился? Когда удирал от Мавки в сторону города? Ну да, направление я совершенно случайно выбрал верное. Но думаете, я смог сбежать? Как же! Эта озабоченная решила, что гоняться за мной ниже ее достоинства, и позвала свою бешеную кобылу, которая возомнила себя жеребцом. Ну согласитесь, не может же мужик так себя вести, хотя бы из чувства солидарности!

Итак, эта гадость возникла у меня за спиной. Злобно оскалив зубы, он понесся за мной, громко клацая пастью и иногда порыкивая, так сказать, для острастки."

"Остальная команда следовала за нами, громко переговариваясь и делая ставки, получится у меня удрать от него или нет.

Мавка же в этом не участвовала, не обращала ни на кого внимания, шла и явно размышляла о том, как она будет меня воспитывать и что из меня выйдет, когда я пройду ее школу выживания. Ну, или не выживания, как она иногда с усмешкой добавляла.

Город встретил нас огнями и был абсолютно безразличен к нашему появлению. Я еще не был определен на постой, поэтому мы направились в сторону от городских казарм. Мавка, я и увязавшаяся за нами Женя, которая смотрела на меня с явным интересом, но как себя с ней вести, я пока не знал. Честно говоря, ее хищный цветочек меня немножко пугал.

Евгения — или Женя — была в отряде и певец, и жнец, и на дуде игрец.