Испорченный... Книга 2

Словно налетела на непоколебимость внутри этого взгляда, и взбесилась еще больше, поняв, что нормального разговора не будет.

— А, впрочем, пошел ты на хер. — вырвалось у меня от всей души, и я отвернулась и накрываясь с головой одеялом. Которое, похоже, пропахло им до последней ниточки.

Дерьмо.

Стало совсем жарко.

Но через несколько часов этот жар покажется мне детской сказкой. Когда меня будет ломать и выкручивать. Каждая моя течка была сродни долгому падению в бездну, вскрывающему все низменные инстинкты и желания. И каждый раз я проводила ее, вдыхая запах Помпея и думая о нем. А теперь он был рядом, знал обо мне и понимал, что происходит.

Несмотря на тяжелые мысли, терзающие меня, стоило мне закрыть глаза, как уставшее сознание начало уплывать. Обезболивающее продолжало отпускать, и кое-где тело уже болело, поэтому мой организм решил просто-напросто отключиться, чтобы сберечь больше сил.

Где-то на грани между сном и явью я почувствовала, как кто-то осторожно лег рядом.

* * *Утро обрушилось на меня, словно проклятие. Я едва разлепила глаза, почувствовав рассвет за окном, едва пробивающийся через пасмурные облака. Тело, когда я попыталась перевернуться, казалось слишком тяжелым и мягким, лишенным мышц.

Когда я села на кровати, прикрывшись одеялом, то ощутила, как жар, вчера едва тлеющий глубоко в груди, занялся по всему телу. Внизу живота он горел ощутимее всего. Запах Помпея, и без того яркий, теперь буквально лип к моей коже, вызывая желание вдыхать глубже, словно голодая по нему, а одеяло, которым я прикрылась, хотелось сбросить, чтобы немного остыть.

Дерьмо. Это были очень яркие симптомы течки, но я еще была в сознании. Да и судя по боли, лекарство еще не до конца ушло. С тех пор, как я уснула, прошло от силы часа три-четыре. Я ощутила укол в сердце от страха, и оно быстро забилось. Если это только начало, то что, черт побери, будет дальше? У меня никогда подобного не было.

Я не знала, в чем было дело.

Вероятно, из-за того лекарства, которое дал мне доктор. Или дело было в подавителях, которые я всегда принимала, и которых сейчас не было.

Я, как в бреду, услышала, что кто-то приблизился ко мне лишь тогда, когда перед моим лицом на стол Помпей поставил тарелку с едой.

— Ешь. — услышала я его голос.

— Откуда еда? — спросила я. Мой голос казался слишком тихим и хриплым.

-- Поблизости магазин.

Я прикрыла глаза.

Значит, у меня был шанс уйти, потому что Помпей оставлял меня одну, но я его упустила, отключившись. Вряд ли за это можно себя корить, но было немного не по себе. Вообще, мне было больше плевать. Все это время я, не отдавая себе отчета, смотрела на его руку. На вены, отчетливо выделяющиеся по всей руке, от кисти до локтя.

— Я не голодна. — резко ответила я. Вот дерьмо. Я уже плохо контролировала себя.