Иномирная няня для дракоши

"

"– Если хотите, – пожала плечами, оборачиваясь и всем сердцем желая, чтобы он остался и одновременно ушел, ведь я мечтала о прикосновениях этого мужчины, но наличие у него супруги никак не давало мне покоя.

– Очень хочу… – горящий драконьими зрачками взгляд участил мое дыхание, но я тут же взяла себя в руки.

Реши для себя, Катя, хочешь ли ты быть любовницей, которую в любую секунду может спалить рогатая супруга Арахонта?

36. Лавина удовольствия

36. Лавина удовольствия

Арахонт

Эта женщина поражала меня все больше. Столько всего выпало на ее голову, а она продолжала держать лицо, стараясь не показывать своих чувств, которые кипели у нее внутри.

И как только ее супругу хватило ума развестись? Неужели он не видел, что перед ним идеал? Неужели не замечал, какая Катя заботливая и нежная, хозяйственная и добродушная? Скорее всего, он просто идиот, потому что нормальный мужчина такую женщину никогда бы не отпустил!

Сидя на кухне и прокручивая в своей голове наш поцелуй, я пытался взять себя в руки. Пытался думать о чем-то другом, но эти губы… Они такие манящие, такие сладкие, я едва контролировал себя, что давалось с большим трудом. Одно точно знал, если бы Лисинелла сейчас спала, то Катя была бы моей. В прямом смысле этого слова, и плевать, что потом придется выслушивать от Листара гневную тираду и что я на всю жизнь стану для него обманщиком и предателем. Не мог ничего с собой поделать. Я хотел эту женщину. Хотел ее всю. Ее душу, тело….ВСЮ!

На задворках сознания маячила Мистария, образ которой уже размылся в памяти. Я не видел себя рядом с ней, уже точно нет. Меня могла бы еще остановить ее привязанность к Лисинелле, но такого чувства у дракайны никогда не было.

Было бы гораздо легче держать себя в руках, если бы Катя мне отказала. Но она не давала отпора, наоборот, иномирянка прижималась ко мне всем телом, страстно отвечая на поцелуй, который сводил с ума. Я потерял счет времени, выпадая из реальности. Была только она, только она одна…

Слушая разговор гостьи, стоящей за дверями Катиного жилища, я понял, что этот мир ее больше не удерживает, и меня это радовало. Ведь мой мир готов был с радостью принять Екатерину, впрочем, как и я сам.

Старался держать невозмутимое лицо, когда куча с покупками посреди комнаты достигла потолка. Почти все вещи из купленного были мне незнакомы, но в самое ближайшее время я собирался устранить это упущение.

Переход в замок был точно таким же легким, как и в мир Екатерины. Дочка настолько устала, что засыпала на ходу, и когда Катя ее искупала, одевая во все чистое, то Лисинелла тут же засопела, стоило только прикрыть одеялом ее маленькое тельце. Я чувствовал, что дочь счастлива.