Итальянец с дурной репутацией

Габриель раздраженно прищурился, мгновенно догадавшись по ее тону, что эти условия ему не понравятся.

— На каких же?

— Во-первых, если мы поженимся, я хотела бы жить в Англии.

— Уверен, это нетрудно устроить, — кивнул Габриель. Он думал уже об этом, когда принял решение ради благополучия малыша оформить брак с Беллой.

Придется подыскать опытного управляющего, которому можно будет доверить местные виноградники, и время от времени лично проверять, как идут дела.

— Семейный бизнес Данти уже давно вышел на международную арену, Изабелла, — сообщил Габриель. — Я встану во главе нашего офиса в Лондоне, вот и все. Следующий пункт?

— Я сама займусь подбором учебного заведения для Тоби…

— Ради бога, если в твой список попадет Итон, а затем Кембридж! Не вижу никаких проблем, — протянул Габриель.

— Итон и Кембридж? — изумленно отозвалась Белла.

— Представители нескольких поколений Данти получали образование в данных учебных заведениях.

Белла задумчиво покачала головой:

— В сентябре Тоби пойдет в подготовительный класс начальной школы, расположенной рядом с домом. Дальнейшую учебу он также продолжит в одной из местных школ.

Габриель вскинул бровь.

— В таком случае нам следует заранее выбрать дом недалеко от Итона.

Господи, какой же он гордец, сноб до мозга костей, подумала Белла сердито. Воплощение самоуверенности!

У него даже тени сомнения не было в том, что она примет его предложение. Ха-ха, предложение! Просить, предлагать он не умеет. Он всегда требует!

Но если она вступает в брак под давлением, то, по крайней мере, должна иметь возможность высказывать и отстаивать свое мнение и свои намерения!

— В-третьих, — упрямо продолжала она, — наш брак будет формальным. — Она с вызовом глянула на Габриеля, но ее глаза расширились от ужаса, когда он вдруг резко поднялся на ноги и грозно навис над нею.

Он покачал головой:

— По-моему, ты отлично понимаешь, что это невозможно.

Ах, эта безумная вспышка взаимного притяжения!

Белле становилось не по себе каждый раз, когда она вспоминала о жарких объятиях в кабинете. Она старалась не думать об этом, но яркие образы преследовали ее весь день. Никогда никто не будил в ней таких бурных чувств, только Габриель… пять лет назад… и совсем недавно…

Именно поэтому Белла выдвинула Габриелю свое последнее условие. Она не хотела становиться рабой пагубных желаний, которые он с такой легкостью вызывал в ней.

Даже сейчас, загнанная в угол, доведенная до отчаяния, она не могла без волнения смотреть на этого высокого сильного мужчину в черной рубашке и линялых джинсах. Белла не забыла, как яростно сдирала эту рубашку с его плеч, охваченная жаждой прикоснуться к теплому, крепкому телу.