Измена, или Открытый брак (СИ)

Я не расстроилась, а просто снова легла в постель и постаралась отключиться. Не выходило. Поэтому спустя час я все ещё лежала злая на весь мир и прислушивалась к шорохам в квартире. Альберт никуда походу так и не собирался уезжать, потому что гремел посудой, что-то ходил по коридору, заставляя меня каждый рад вздрагивать, а потом совсем от наглев, открыл дверь спальни и принес мне горячий напиток с лекарством. Я вскинула бровь, когда началась мужская наглость. Муж поставил кружку на тумбочку и, обойдя кровать, лег на своей половине.

— Ты сейчас что это делаешь? — спросила я, искоса наблюдая за мужем, который откинул одеяло и лег на постель.

— Провожу с тобой время… — спокойно ответил Альберт, и я фыркнула.

А потом родилась тишина."

"Сотканная из десятков мыслей и приписанная сотнями образов. Она звенела и переливалась как роса на луговом колокольчике. Она пахла немного летом, тем самым, в конца которого мы встретились. С запахом речной ряски или тины, которая осела на дне фонтана. С привкусом сахарной ваты, его сигарет и моего блеска для губ.

— Знаешь о чем я жалею? — спросил тихо Альберт, глядя перед собой.

— Что женился? — прикинула я, вспоминая нашу первую с ним квартиру и окна во двор, где цвели по весне яблони с такими мелкими яблоками, из которых бабушка соседка с нижнего этажа варила варенье. Вкус был такой отвратительный, словно застывший мед с горечью яблочных косточек, но пенсионерку никто не хотел расстраивать, поэтому и не признавались в том, что варенье угодило в основном в мусорку.

— Глупости, — сказал Альберт, поправляя под спиной подушку. — Я жалею, что вообще начал этот разговор. Не сегодня, а тогда. После дня рождения…

— Жалость самое отвратительное чувство, — заметила я печально и развернулась на бок.

— Но она только мне и осталась, — усмехнулся Альберт. И тоже развернулся ко мне. Я лежала и смотрела на супруга, не понимая, как он мог все разрушить. Муж не понимал, как я ничего не видела, но мы оба прекрасно осознавали одно.

Мы на краю.

— Мы же разведемся? — спросила я тихо и почему-то шмыгнула носом.

Альберт отвел мне волосы с лица и спросил:

— А сама как думаешь?

Глава 30

Альберт не остался в спальне на ночь. Он ушел как только я стала дремать и закрыл дверь, а все так же осталась лежать, глядя на его половину. А утро принесло аромат кофе и почему-то чесночных гренок. У меня заурчал живот, и я, сходив в душ, быстрой трусцой прискакала на кухню. Муж был занят завтраком и отчаянно старался на спалить тосты. Я проскользнула между Альбертом и столешницей, задев мужа, и украла один кусочек свежего хлеба.

Тишина снова была неправильной и я обернулась к мужу, уточнить почему он замер. Но Альберт даже не понял, что я собиралась что-то спросить, потому что смотрел на мои ноги без штанов.