Изюм

Но нет, это к троим вооруженным служителям культа присоединились две весталки: что-то в выражении моего лица, видимо, подсказало им, что меня опасно оставлять одну. Первая бегло осмотрела мою одежду: не оттопыривает ли украденное мои карманы, а то, может, у меня внутри пиджака пришита петля, как у Раскольникова, — а бывает. «Вам что-нибудь пояснить?» — спросила вторая.

«Поясните мне, отчего это ложка для картоф. стоит 2 миллиона 840 тысяч 400 рублей?» — «Это очень престижная вещь. Ухаживать за ней легко и просто. — Глаза женщины были пусты, фальшивы и печальны.

 — Только необходимо приобрести специальные мешочки. Серебро хранят в мешочках, чтобы уберечь от налета». — «От налета лучше в сейфе, а сейф закопать в вечную мерзлоту», — посоветовала я. — «Брать будете?» — «Не сегодня», — сказала я. Все пятеро жрецов посмотрели на меня с презрением. Мне нужно было покинуть «Домашний очаг», не теряя достоинства. Главное тут — небрежность. Делая вид, что меня внезапно заинтриговала лампа за 12 миллионов, я с прямой спиной, небрежно направилась назад, к ячейкам: «Отдайте мне мою сумочку».

Тут у мешковатых мужчин, следовавших за мной по пятам, осмыслились взоры, и они заговорили. «С этой стороны нельзя». «Вы должны выйти из магазина, обойти вокруг и снова зайти». «Глаза у вас есть, женщина? — тут „кирпич” нарисован. Выйдите мимо кассы, и обходом через проход»."

"«Вот оно: выигрывают время, — догадалась я. — Вот как тут у них все устроено: пока я буду пробираться через огороды, они как звери кинутся на мое сокровище и разнесут все в клочья». Я снова прошла через весь длинный, бесконечный магазин, через все разбойничье логово.

Прошла под осуждающими взглядами бронированных бойцов охраны, под взглядами торговых работниц, на дух не выносящих неновых нерусских, мимо витрины с остатками фарфора и грамматики («бдюдце» — 225 000 р.), вышла, развернулась и — обходом через проход — вихрем, задыхаясь пронеслась по полутемному пустому коридору. Я успела: схватила свою сумочку прежде, чем они, все было в целости и сохранности — и газета, и записная книжка, и кабачок с петрушкой, и сигареты, и даже зажигалка! Хотели меня ограбить, но не вышло. Фее — бой! Победа за нами. И прижав свое сокровище к сердцу, я вышла на душную и жаркую улицу с душевным подъемом.

Как радостно сердцу! Где еще, когда еще — подумать только! — можно за каких-то там полчаса в какой-то там посудной лавке — пережить весь основной набор эмоций, не всегда-то в полной мере и выпадающий на долю человеку в течение жизни?

Страх, глупость, тщеславие, искушение, унижение, жадность, предательство, снобизм, паранойя — мои, не чьи-нибудь, — расставьте сами и добавьте от себя.