Измена. Муж… Начальница… Развод?
– Подождите! Пожалуйста, стойте! – отважный секретарь раскидывает в сторону руки и чуть ли не грудью бросается на дверь кабинета нашей начальницы. – Вам туда нельзя! Не сейчас! Не сегодня!Но дикую фурию в моем лице не остановит теперь ничего. Сдуваю челку с лица и разминаю костяшки.Девица отступает. А я со всей силы дергаю дверь на себя. По ту сторону слышу голос начальницы.А уже через миг застываю.Над Ниной Ивановной, нашей начальницей, нависает… Мой муж!И они здесь явно не отчеты готовят!Муж меня замечает. Поворачивается. И смотрит так пораженно, будто бы я – последняя, кого он ожидал тут увидеть.– Женя? – каркает почему-то озлобленно. – Ты какого черта тут делаешь?Я?! Какого черта здесь делаю я?!– Какого черта здесь делаешь ты?!
– Садись, – мягко, но безапелляционно приказывает. – Довезу, куда скажешь.
И я сажусь.
Потому что очень переживаю, что Алешка может замерзнуть. Потому что саму без куртки озноб пробирает. Потому что хочу поскорее отсюда убраться. И потому что странным, необъяснимым образом доверяю Артему.
В салоне тепло. Приятно пахнет кожаными сиденьями и тяжелым парфюмом.
Я целую Алешку в макушку. Убедившись, что сын задремал, отворачиваюсь к окну. Смахиваю слезу.
Все сказанное Антоном начинает медленно до меня доходить.
Неужели, он действительно хочет отобрать у меня сына? Неужели действительно не даст развод и будет судиться? А его слова о том, что меня вышвырнут из компании по щелчку его пальцев?
Облизываю пересохшие губы. За окном мелькают знакомые серые пейзажи столицы.
Как мне теперь быть?
Одно знаю точно – безропотно стерпеть и вернуться к Антону уже не смогу. И, если еще вчера я в тайне надеялась, что муж объяснит. Сможет слова подобрать, чтоб я простила… То сейчас таких надежд уже не питаю.
Развод неизбежен.
Мне придется в одиночку пройти через войну с ним и отстоять свое право на сына.
12
– Я поднимусь, – не спрашивает, а скорее ставит меня перед фактом Артем. Мешкаю не дольше секунды. Киваю, давая свое разрешение.
В лифте мы едем в полном молчании.
Пропускаю внутрь нежданного гостя, а сама иду укладывать сына. По дороге он так и не проснулся, но я даже рада.
Проверяю температуру. Убеждаюсь, что ее нет. Открываю верхние полки старого шкафа, вынимая аптечку. Детских лекарств здесь не так уж и много. У большинства уже вышел срок годности. Нужно в аптеку.
– Что вы… делаете? – часто моргаю, вернувшись на кухню, и застав Артема за совсем уж неожиданным времяпрепровождением.
– Ставлю чайник, – обернувшись, обескураживает широкой улыбкой. – Ты, наверняка, перенервничала. Вон, трясет до сих пор.
Молчу.
Потому что от этой внезапной заботы от совершенно незнакомого человека на глаза просятся сентиментальные слезы.
– Я заказал доставку продуктов, – говорит мужчина как ни в чем не бывало.
– Зря, – присаживаюсь на край табурета. – Мне все равно нужно в аптеку…
– Не нужно, доставку детских лекарств из аптеки я тоже заказал, – оповещают меня.
Распахиваю удивленно глаза.
– Через пару минут уже привезут, – Артем мельком смотрит на экран телефона.
Трясу головой, будто сбрасывая с себя наваждение. Тоже иду на поиски своего телефона. Выуживаю из сумки и ставлю на зарядку на кухне.
– Я вам, наверное, деньги за это все должна…? – говорю неуверенно, а сама мысленно подсчитываю. Я зареклась экономить в ближайшие месяцы. Без помощи Антона нам с сыном придется непросто. Садик, скорее всего, нужно будет сменить на более дешевый…
Как же гадко, что из-за всего этого пострадает в первую очередь Лешка.

















