Измена. Право на обман

Захожу, бросаю ключи на комод, замечаю мужские туфли и заглядываю в гостиную, а он там сидит на диване, опершись локтями о колени сцепив ладони в замок. Поднимает взгляд и говорит:

— Привет.

Глава 46. Человеку нужен человек

— Что ты тут делаешь?

— Ответ, что я соскучился, тебя не удовлетворит? — Саша слабо улыбается.

— Нет. Соскучился и решил вломиться ко мне?

— Я не вламывался. У меня остался дубликат ключей, а замки ты не поменяла, — Саша вздыхает.

— Теперь поменяю.

— Я теперь знаю, что чувствую наркоманы при ломке, — Саша не отводит взгляда. — Я знал, что ты не будешь мне рада и что не стоит приходить, но желание приехать, зайти в дом, который был мне крепостью и увидеть себя, оказалось сильнее всех доводов, Ева.

Прохожу к дивану и сажусь рядом. Нет у меня желания с криками прогнать Сашу, и я понимаю, что он потерял дом, а это тяжело. Пусть мужчины осознанно не ценят домашний уют, но когда они его лишаются, то они теряются.

— Как у тебя дела?

— Еще не родила, — блекло отвечаю я, а затем издаю короткий смешок, к которому присоединяется Саша.

Молчим, пялимся перед собой. Два человека потеряли друг друга. И нечестно, что нить доверия разорвалась, а любовь не развеялась. Она изменилась, но из сердца не ушла. И как странно, что в студии Саши на двадцатом этаже я была другой с иными эмоциями. Тогда верх взяло физическое влечение, а сейчас раскрылась раненая душа, что тянется к молчаливому Саше в желании согреться.

— У мамы появилась идея фикс срочно выдать меня замуж, — устало откидываюсь я на спинку дивана.

Саша оборачивается и молча смотрит мне в лицо, что-то в нем выискивая.

— Она считает, что я в депрессии и мне надо отвлечься на другого мужика.

— А ты что думаешь? — тихо спрашивает Саша.

— Я думаю, что мама переживает за дочку, но не знает как ее поддержать.

— Я не про твою маму, а про…

— Другого мужика? — вскидываю бровь. — У меня и так были высокие стандарты к мужчинам, а сейчас они стали еще выше. Не каждый потянет стервозную тираншу с двумя детьми, которые всегда будут у нее в приоритете. Я теперь точно не пойду ни на какие компромиссы и подстраиваться под чужие заскоки не стану. Возможно, меня бы устроил строго и четко запрограммированный мной робот, но мы еще не в светлом будущем.

— Даже так? — Саша удивленно приподнимает бровь.

— А что?

— А роботы умеют любить? — тоже откидывается на спинку и поднимает взгляд на люстру.

— Любовь — это противоречие на противоречии, — вздыхаю я. — Если роботы познают любовь, то это можно говорить о наличии своей воли и души, а значит…

— По одному месту пойдут все их четкие программы, — недовольно цокает Саша.

— Именно. И пойдут эти железные мужья налево, — вытягиваю ноги. — И это же будет куда возмутительнее.