Личные мотивы

— Папа, она не лучше Жанны, она просто другая. Она волшебная.

Что сказать еще, Максим не знал, и вел себя как влюбленный пацан. Виталий Андреевич строго сдвинул брови.

— И как далеко у вас зашло?

— Пока еще не зашло. Но вот она сейчас позвонила и дала понять, что может зайти…

— Сынок, не надо бы тебе распыляться в такой ответственный момент, — посоветовал отец. — Тебе сейчас требуются все силы, ты должен быть собран и сосредоточен, ведь начинается финальная часть предвыборной гонки, а ты роман завел. Это будет тебя отвлекать.

— Да? — Максим сделал вид, что прислушивается к его словам.

 — Ты так считаешь?

— Конечно, сынок, — горячо заговорил Крамарев-старший и принялся убеждать сына в том, что любовные отношения — вещь, безусловно, хорошая и даже полезная, но они должны быть ко времени. А если не ко времени, то могут только навредить.

Максим молча слушал и кивал, не выдвигая никаких контраргументов.

— Да, пап, ты, пожалуй, прав, — сказал он. — Мне это как-то в голову не приходило. Придется мне отложить развитие отношений до лучших времен, а сейчас все силы отдать выборам.

Все-таки я у тебя не очень умный, да?

— Ну что ты, сынок, ты умница, ты редкий человек, так много успел, так многого добился в свои годы! Я горжусь тобой.

У Максима Крамарева хватало внутренней честности признаваться себе, что ездит он к отцу только ради того, чтобы слышать эти слова. Эти и им подобные.

* * *Ардаев стоял, скорбно склонив голову, и слушал выступающих на гражданской панихиде бывших коллег. Хоронили подполковника в отставке, с которым Ардаев когда-то вместе работал, не очень тесно и недолго, но все-таки долг сослуживца призывал попрощаться с покойным и отдать ему последнюю дань уважения.

Народу на панихиду собралось не так чтоб очень много, а ведь похороны специально переносили на день после праздников, чтобы люди успели вернуться с дач и из домов отдыха. Умер несчастный еще 6 мая, и, по-хорошему, хоронить надо было бы 8-го, на третий день, как положено, но родственники решили дождаться, пока все съедутся в Москву после праздников, чтобы панихида была похожа на панихиду, а не на сиротские похороны.

Ардаев слушал выступающих вполуха, исподтишка оглядывая присутствующих. Да, не жируют они на свои государственные пенсии, а ведь наверняка никто дома не сидит, все работают, кто где смог пристроиться. Есть, конечно, среди его бывших коллег и очень удачливые и успешные, и немало, но их здесь сейчас нет, у них нашлись дела поважнее проводов в последний путь. А сюда пришли те, кто, как и покойный, считают копейки, из которых складывается их нынешний достаток — пенсия да скромная зарплата.