Личные мотивы

Вы уж простите мою прямоту, но про художника Александра Гусарова вообще никто не слышал. Или вы любитель?

— Ну… — Александр слегка замялся, — можно и так сказать. Во всяком случае, в среде профессиональных художников меня не признают. Папа, давай я сделаю чаю гостям.

Его попытка сменить тему выглядела отчаянно неловкой, и любой воспитанный человек отступил бы и перестал задавать неудобные вопросы, но Сорокины не могли себе этого позволить. Они должны были «добить» тему до победного конца во что бы то ни стало.

— Сашенька, а чем же вы занимаетесь на самом деле? — продолжала допытываться Ангелина Михайловна.

 — Если живопись для вас просто хобби, то чем вы зарабатываете на жизнь? Люсенька говорила, что вы состоятельный человек и материально помогаете своим родителям. Вы не сочтите меня бестактной. Я уже в том возрасте, когда можно позволять себе любые вопросы.

— Санька, да что ты дурака-то валяешь? — вмешался Лев Сергеевич. — Чего придуриваешься? Скажи как есть, не стесняйся.

Александр молчал, и Гусарову пришлось продолжать самому.

— Это для нас он Санька, а как художник он носит имя Борис Кротов, — пояснил он с горделивой улыбкой.

 — Но в галереях вы его работ не найдете. Его портреты висят только в частных коллекциях.

— Что вы говорите? — изумилась Ангелина Михайловна. — А почему? И зачем вам творческий псевдоним?

Она изо всех сил старалась, чтобы ее голос звучал естественно и чтобы изумления не было ни слишком много, ни слишком мало. Все это, насчет псевдонима и частных коллекций, она уже давно знала, но не имела права выдавать свою осведомленность.

— И почему именно Борис и именно Кротов? — подал голос до того момента молчавший Вилен Викторович.

Ангелина бросила на мужа благодарный взгляд: он задал правильный вопрос, совершенно необходимый, а вот она сразу-то и не сообразила. А вопрос Александру не понравился, да и Лев Сергеевич отчего-то смутился.

— Мне всегда нравилось имя Борис, — сказал Александр. — Оно мне кажется коротким, емким, мужественным.

— А почему Кротов?

Лев Сергеевич вздохнул и умоляюще посмотрел на сына."

"— Саня, Ангелина Михайловна и Вилен Викторович — наши соседи, мы с мамой много общаемся с ними.

Давай уж не будем ничего скрывать. Дело в том, что Саня нам не родной. Его мама была…

— Мама умерла, когда я был совсем маленьким, — перебил его Александр. — И меня усыновили папа Лева и мама Люда.

От Сорокиных не укрылся быстрый взгляд, который бросил на сына Лев Сергеевич. Однако понять, что именно было в этом взгляде — упрек или понимание, — им не удалось.

— Мамина фамилия — Кротова. Вот и все объяснение.

— А почему вы ограничиваетесь частными коллекциями? — не отставала Ангелина.