Личные мотивы

Он просто не знал, что ему делать в такой ситуации. Вот почему он так внезапно исчез и прятался от меня. Он не мог смотреть мне в глаза.

Нина Сергеевна молча выслушала горестное повествование, похлопывая Валентину по спине, потом предложила попить чайку. Казалось, она не собирается ни утешать Валентину, ни обсуждать с ней то, что произошло.

Они выпили чаю, потом Нина Сергеевна попросила помочь ей с уборкой дома и только поздно вечером, когда Валентина вышла на террасу покурить, высказала то, что думает."

"Не нужно цепляться за мужиков, не нужно к ним прилепляться, надо жить своей жизнью и иметь собственный стержень. А Валентина сначала прилепилась к директору НИИ, потом к отцу, теперь — к первому же, кто проявил к ней интерес и внимание и поманил. Зачем ей Гашин, человек, которого она едва знает и с которым была близка только один раз? Что она собирается с ним делать? Ждать его двадцать лет из тюрьмы? Страдать и ждать? В этом она видит свое предназначение и оправдание своего существования? Если ей нечем заняться и некуда тратить душевные силы, пусть лучше возьмет ребенка из детского дома и посвятит ему эти самые силы, все-таки больше пользы будет.

Валентине все сказанное Ниной Сергеевной казалось ужасной неправдой, она была уверена, что хозяйка не права ни в одном своем слове. На самом деле Валентина Евтеева хотела именно страдать и ждать, потому что последние годы в основном этим и занималась. Она сама не осознавала, что только так может испытывать комфорт и удовлетворение.

— Это и есть то решение, к которому я, по-вашему, не готова? — сердито спросила она.

— Именно так, деточка, — мягко ответила Нина Сергеевна. — Ты не готова. И я не сказала бы тебе ни слова, если бы у нас с тобой было впереди еще какое-то время. Но его, судя по всему, нет, твое дело в Москве закончено, и ты уедешь в ближайшие дни, так что пришлось сказать тебе уже сейчас, хотя ты, повторяю, к этому не готова.

— А вам не приходит в голову, что вы ошибаетесь? — с вызовом сказала Валентина. — Вы не настолько хорошо знаете меня, чтобы судить. Мы с вами знакомы всего полтора месяца, это слишком мало, чтобы по-настоящему узнать человека и иметь право поучать его.

— Ну, своего Гашина ты знаешь еще меньше, — усмехнулась Нина Сергеевна, обрывая увядший цветок в широком ящике, стоящем на террасе. — Но это не мешает тебе судить о мотивах его поступков. Не обижайся на меня, деточка. Лучше постарайся запомнить то, что я сказала, и на досуге обдумай.

Но ни запоминать слова Нины Сергеевны, ни тем более обдумывать их Валентина не собиралась. На следующий день она позвонила Стасову с очередной просьбой: помочь договориться со следователем, чтобы ей дали свидание со Славомиром Гашиным.