Измена вопреки (СИ)

— Чтобы ты и сейчас выговаривала мне какая ущербная и дефектная? — изогнула я бровь и коснулась ручки двери. — Ну уж нет, милая…

Последнее я произнесла специально как можно более паскудно. И стала закрывать дверь. Элина шагнула вперёд, просунула ногу в щель между дверью и косяком и всхлипнула:

— Пожалуйста, — голос тонкий, без эмоций. — Он меня посадит в тюрьму…

А вот это уже интересно.

У меня в голове стали складываться картинки развития событий, при которых Матвей мог бы так поступить. То ли беременность сделала меня совсем глупой, то ли я многого не знала о своём муже.

— В какую тюрьму? — все же уточнила я и перестала давить ладонью на дверное полотно, прижимая Элину.

— Откуда я узнаю? — всхлипнула она. — Может в колонию поселения или ещё чего-то. Твой Матвей страшный человек…

— Ага, уже мой Матвей, — едко повторила я. — А что ж ты не думала, когда полезла к моему Матвею в штаны? Не подозревала, что он таким может быть?

— Я вообще не собиралась доводить до такого. Он же просто мне понравился в баре…

Я закатила глаза, стараясь не представлять себе картинку событий, в который мой муж мог кому-то нравиться.

— Я же не думала, что потом окажусь беременная. А он ещё такой наглый, сидел пил, а я подошла, а он на меня зарычал, типа пошла вон, я женат. Меня это так оскорбило…

Я перестала закрывать дверь, потому что Элина и не думала затыкаться, а с таким успехом скоро весь подъезд будет в курсе наших разборок.

— Ну я подумала, что жена не стенка, может и подвинуться. Тем более вместо того, чтобы быть с ней, он сидит один и пьёт. Ну точно же видно, что не все в порядке…

А у нас все условно было в порядке.

Мы бы и без измены пришли к выводам, что стоило остановится. Пересмотреть перспективы.

Но нет же.

Элина шагнула в коридор и замерла, смотря на меня выпученными глазами. Слишком много печали и горя в них.

— Ну я подумала, что все равно ничего не потеряю, если подожду пока он дойдёт до кондиции. И я дождалась.

Я покачала головой и прошла в зал. Чтобы сбежать и не слушать и чтобы не стоять на проходе как две дуры.

А вообще не стоило говорить. И впускать. Слишком много чести.

Но я ж воспитанная.

И где-то в глубине души мне казалось, что несмотря на всю нелогичность ситуации, что-то в ней было нужным. Как будто вся эта история слишком показательна.

Элина шла следом, ступая аккуратными ножками в розовых носках поверх колготок по полу и не издавая ни звука.

— Понимаешь, я слишком давно одна. И если честно, у меня даже парня нормального не было, — начала Элина, присев с краю дивана и сложив руки на коленях. А она изменилась с последний встречи, словно светский налёт исчез.

Я покачала головой, отгоняя от себя такую дурацкую жалость.