Измена. Забудь меня (СИ)

А не какую-то там пустышку, которая и правда ничего не значит и которую можно оприходовать прямо в ресторане на столе!

Теперь вижу то, что было в кабинете, намного четче. Они словно накинуться были готовы один на другого. Крушить все!

Вспоминаю, как раздувались бешено у Марка крылья носа. Его сжатые кулаки и бешено бившуюся на виске вену. Как вздулись у него мышцы.

И у того… Другого… Тоже…

Ярость. Ревность. И…

Черт!

Слезы обжигают.

Они просто катятся из глаз. На грудь. На шею. На подушки.

Того, другого, понять можно.

Она его жена. У нее одновременно был роман с другим. Это навсегда!

Но Марк…

Он бы остыл. Он бы не злился. И не был бы в такой ярости!

Если бы… Если бы прошло. Если бы забылось. Если бы он до сих пор не любил ее!

А он любит. Это же понятно. Иначе ему было бы все равно!

Не зря мне Вит сказал, что ему себе на хребет нужно было наступить, чтобы Шаповалова просить о чем-то! Не зря так на меня смотрел и так изменилось его лицо!

Все правда. Вит знал. Все знали!

И это… Это не прошло. У Марка она до сих пор внутри.

Только теперь понимаю. Марк ведь никогда не говорил мне, что любит.

«Дорогая», «малыш», «мне так повезло с тобой»…

Ценю, дорожу, все для тебя сделаю…

Но…

Не люблю. «Люблю» он не сказал мне ни разу!"

"И ни разу за всю нашу жизнь не назвал любимой!

Ну конечно! Это потому, что Марк не врет! Врать для него слишком подло! Он даже насчет своих интрижек одноразовых мне не соврал! Благородный Марк, черт тебя дери!

Вся наша жизнь это абсолютное вранье. Ложь. Все ложь. Вся наша семья и наше счастье!

С самого начала. Потому что… Потому что он любил другую. Всегда. А со мной? Со мной он просто пытался… Закрыть дыру в сердце, которая болела.

Боже!

Теперь то, что я видела в ресторане и правда кажется мне ерундой. Мелочь.

Там не было души. Не было чувств. Только тело.

А тут… Любовь!

Хотя, сейчас понимаю, Марк ведь старался. И правда старался быть хорошим мужем. Он… заботился. Носил меня на руках. Хотел детей.

И…

Внутри болезненно колет. Прямо в самом сердце.

Ради меня он все же попросил… Попросил Шаповалова. Даже не представляю, чего ему это стоило! Особенно, с его-то гордостью!

Только все равно, это было для него просто заменой. Семья, дети… Наверное, Марк так старался вытеснить ЕЕ из своего сердца.

Я просто замена. Никто. И ничего у нас на самом деле не было!

Телефон разрывается так, что начинают болеть уши.

Марк. Снова. И снова.

Просто бессильно бросаю его на простыню.

Нет. У меня их нет. Этих сил. Чтобы говорить с ним хотя бы о чем-то.

И ведь самое обидное, — с горечью понимаю, — что он не виноват.

Он и правда старался. Очень. Но разве сердцу можно приказать?

А, значит, и исправить ничего нельзя. Даже если Марк очень сильно этого захочет!

О ребенке Марку знать ничего нельзя, — понимаю с предельной ясностью.