Как до Жирафа…

Очень талантливый она была педагог!

– Ты учился у Катиной бабушки?! Надо же! – воскликнул Андрей.

– Да, мир тесен, – кивнул по-львиному крупной головой старший Жираф. – И не только я. Что-то мне позволяет сказать, что и твой отец, Катя, тоже.

– Мой… отец? – опешила я. – Вы его знаете?!

– Садитесь, – сказал ВГ, – это долгая история.

Мы сели, Маша снова забралась дедушке на руки, и он начал:

– Мой друг Гоша, Георгий Кавсадзе, был самым лучшим из группы. Правда его отчислили за хулиганство на последнем курсе. Он был отчаянной головой и большим шутником. Установил в деканате скрытую камеру и наладил однажды прямой эфир в общую аудиторию, показав, чем преподаватели занимаются, – ВГ кашлянул в кулак. – В общем, об этом не будем, но Гошу отчислили. Он встречался с твоей мамой, с Лилей. Она училась на другом факультете. Они любили друг друга. Страсти кипели настоящие, шекспировские: они то ссорились, то мирились, всегда шумно и с размахом. Лиля даже говорила, что настоящий сицилиец из нашей компании не я, а Гоша. Лиля, как и ты, Катерина, была полиглотом. Что при твоей бабушке неудивительно, даже я язык выучил… Но речь не о том. В общем, когда Гошу отчислили, они серьёзно поссорились с Лилей и в очередной раз расстались. Он уехал домой в Грузию. А когда вернулся, Лиля была беременна и встречалась с Валеркой Шуровым. Тогда он был просто валютчиком, сегодня у него уже банк, солидный человек. Но Гоша от ревности чуть с ума не сошёл. Лиля говорила, что ребёнок его и с Валерием у неё было несерьёзно, но он не поверил. И мы все не поверили. Вся наша компания от неё отвернулась. Да Лиля и гордая была слишком, чтобы что-то доказывать. Ушла и дверью хлопнула. Я, честно, до последнего считал, Катерина, что ты – не дочь моего друга, что ты от Валерия, и на Лилию был зол… А когда недавно выяснились некоторые подробности, я навёл справки, позвонил кое-кому и узнал, что Гоша и Лиля, оказывается, решили снова попробовать быть вместе. В Дубай полетели, типа как в медовый месяц, и даже собирались пожениться. Вот только не вернулись…

– Всё бы решил тест ДНК, – проговорил Андрей.

– Да, но в девяностых был ли он? – вздохнул Виктор Геннадьевич.

Я сидела, как мешком по голове ударенная. В голове стало пусто и тихо звенело. Я не знала, что сказать. Да и стоило ли? Всё равно моих родителей нет в живых…

– Дело в том, Катерина, – продолжил ВГ, – что у тебя есть семья. Я с ними связался, я ведь поддерживал отношения с Гошиной мамой. Так вот они очень обрадовались, узнав про тебя, даже не хотят ничего проверять и жаждут видеть.

– Семья?.. – опешила я.

– Да, и очень большая. Шумная, грузинская. Мне жаль, что я не знал этого раньше. Вчера, когда ты накричала на меня, я точно увидел в тебе Гошу, моего друга. У него также сверкали глаза, когда он ругался.