Каникулы на Эленмаре (СИ)
«Открой душу и ты познаешь мир» — говорили древние. Но что если с миром в нее ворвется и любовь? Далеко не каждый готов встретить и принять искренние чувства вот так сразу… простые и настоящие. Приключения неугомонной четверки продолжаются. Какие бы судьба не готовила испытания, главное — доверять друзьям, верить в себя и не терять чувство юмора. 16+
Я так подробно представила, как мы станем наверстывать это упущенное, что щеки опалило предательским жаром, а по телу прокатилась горячая волна, собираясь пульсирующим сгустком неудовлетворенного желания внизу живота.
— …уж и доктор уехал, Гларос спокойно заснул, а Стеллочка, милая детка, любезно согласилась с ним посидеть, а вас все нет, — энфина впала в свое обычное состояние, где ей почти не требовался собеседник. Ее вдохновляло наше присутствие.
— Кхе-кхе! — громко откашлялась Хунька, обращая на себя внимание. Яванна пришла в себя и затихла на полуфразе. — И как сейчас чувствует себя ваш брат?
— Оу, он спит, но доктор Тавилас его осмотрел, просканировал состояние организма и сказал, что утром он будет в норме.
— Доктор Навир Тавилас? — удивилась я.
— Навир? — не менее меня удивилась энфина, — разумеется нет. Наш родовой доктор — Антас Тавилас, он отец Навира. Медицина — это семейное направление рода Тавиласов…
— Ужин подан! — сообщил с легким поклоном невозмутимый Робби, бесцеремонно перебив свою Хозяйку.
— Быстро умываться и за стол! — Яванна тут же сменила тему на более актуальную.
"«Желаю вам приятного вечера, дорогое семейство Сорг и их уважаемые гости!» — раздалось в наших головах, а вслед за этим в холле материализовался мой крылатый кошак.
— Добрый вечер! — машинально ответила энфина. Она хотела сказать что-то еще, но тут ее взгляд уперся в огромную тушу лайвелла, скромно так сидящего посреди буйства зелени.
— Бабушка, позволь представить тебе моего друга, по совместительству хранителя, и, вообще, в целом очень достойного кота.
«Весьма рад нашему знакомству, фаэра Яванна» — ответил кот, грациозно подойдя к моей эленмарской родственнице. А потом он и вовсе лизнул ей руку.
Этот жест вежливости стал последним событием, которое переполнило чашу впечатлений бедной энфины. Женщина пошатнулась и начала оседать, что характерно — тихо и молча.

















