Казак в Раю

Он окончательно свёл глазки на переносице и «поплыл» так далеко, что под парусом не догонишь. Подъесаул сгрузил его в уютный уголок, ещё раз мысленно возблагодарил Господа за умение пить по-казацки и, придерживая шашку, чтоб не звякала, вышел из помещения. Встретив в коридоре Рахиль, тоже особенно не удивился – как он успел заметить, девушка отличалась завидной пунктуальностью.

– Айда за Миллавеллором?

– Таки чем спиртным от вас несёт в неароматной манере?

– Опять отвечаешь вопросом на вопрос?

– Это бытовой наезд для поддержания разговора или первый признак антисемитизма?

Иван махнул рукой и, широко улыбнувшись, приобнял еврейку за плечи. Девушка сладко вздохнула, мурлыкнула и потёрлась щекой о казачий погон, как довольная кошка.

Дальнейший путь они так и прошли в обнимку. По пути встретили двух клиров, никого не тронули, наоборот, – поздоровались вежливо. В свою очередь, лишённые «радикального ума», ребята даже подсказали нашим героям, где находится склад, охраняемый бывшими эльфами, а когда раздался заунывный рёв сирены, напомнили, что «это сигнал общего сбора в главной зале». Видимо, инопланетные бесы уже оповестили кого следует…

– Минут десять у нас точно есть, – рассудительно заметила Рахиль. – Пока они соберутся все, пока им поставят задачу, пока они нас найдут, пока разберутся, что шарахнуло во дворике…

– А что-то должно шарахнуть?

– Вроде того… Таки это будет называться «удрать под шумок»… И если я им всё понапопережимала правильно, то шумок получится – пальчики оближешь!

Свернув за очередной поворот и спустившись по лестнице вниз, наши герои поняли, что сбились с пути. То есть попали на круглую площадку, от которой шли четыре узких тоннеля, а клиры сказали, что в склад ведёт средний. Определить «средний» тоннель из четырёх предоставленных ребята не смогли ни посредством логики, ни дежурной перебранкой с переходом на личности.

Правда, последнее давалось казаку недёшево, в его отношение к Рахили закралась неожиданная теплота. Он вдруг понял, что у неё удивительные глаза, хорошее чувство юмора и ему нравится слушать её голос, даже если она просто ругается. Рахиль тоже не была дурой и отлично всё видела, но никакие силы на свете не заставили бы её прилюдно признаться, что ей «таки оно приятно…». Поэтому разговаривали, как всегда, на эмоциях…

– А покрепче выразиться уже не можешь?

– От такого же и слышу!

– Сама ты это слово!

– Ну и… тссс! – Мигом опомнившаяся еврейка ладошкой прикрыла подъесаулу рот. – Кто-то идёт, слышите?

По лестнице вслед за ними мягко шуршали лёгкие шаги.

– Эльфийская обувь, – шёпотом безошибочно определил казак Кочуев, медленно вытаскивая шашку.