Казак в Раю

– Но поймите и нас, я плохо разбираюсь в тонкостях религии, однако, помнится, ваша подруга искала несколько другой Рай? А для меня священна лишь «Сага о кольце», ну и, может быть, чуточку «Путешествие туда и обратно». Эльфы не верят в Бога…

– Как окрестят – поверите, – устало буркнул молодой человек и хлопнул фуражкой по колену. – А-а, чёрт бы их побрал! Можно подумать, я тут всю жизнь в монахи собирался?! Просто здесь других вариантов нет…

– Я… буду… отстреливаться!

– На, стреляй меня первого! Устроить пальбу в православном монастыре я тебе всё равно не позволю.

– Ванечка-а… – Рахиль нежно прильнула к подъесаульскому плечу. – Ну, может быть, как-нибудь скажем им, объясним как-нибудь… Я же еврейка, меня насильно крестить нельзя – это грех! И антисемитизм опять же…

– Да понимаю я, всё понимаю… Сделать ничего не могу. Я – казак, а значит, должен отличаться набожностью и святых отцов «долгогривыми» не обзывать! То есть вообще слушаться всячески…

– А я считала вас другом!

– Рахиль…

– Таки вы друг или казак?!"

"Ответить Иван не успел, да и вряд ли смог бы. В трапезную чинно ввалилась толпа монахов, все серьёзные, сосредоточенные и, главное, очень любящие пшённую кашу на свином сале. Бедная голодная еврейка пару минут мучительно боролась сама с собой, а потом, к немалому изумлению подъесаула, сняла берет и, держа его перед собой, пошла вдоль столов…

– Подайте хлебушка, за Христа ради! Храни вас Господь… ага… ага… спасибо, дяденьки… ага… только не сала!.. хлебушка бы… ага… спаси Господь! Хлебушка… ага… не жмитесь… таки да!

Она вернулась, когда насобирала примерно килограмма два ржаного и белого вперемешку. Бухнулась за стол, молча съела почти половину, бутербродно накладывая белый на чёрный, запивая обычной водой прямо из крынки. Вытерла губы рукавом, пристально глянула в глаза подъесаула и твёрдо заявила:

– Я не хочу быть Фатиньей!

Иван решительно встал и направился к выходу. Теперь он намеревался всерьёз переговорить с отцом Никодимом. Может быть, настоятель действительно был ближе к Богу и знал сокрытое от простых людей; может быть, он был абсолютно прав, своевольно крестя всех, кто сюда попадал; может, личностей, не понимающих собственного счастья, и надо совать в него насильно, в заботе об их же благе… Возможно всё! А уж учитывая близость монастыря к реке, где вольно разгуливают ролевики-оборотни, к безбожному дому Хаббарда, а соответственно проискам Свидетелей Иеговы, агрессивному Белому Братству и вездесущим летающим тарелкам, то… Следовало десять раз подумать, а так ли уж был неправ отец Никодим?

Казак Кочуев не возвращался долго. Все успели поесть, натрапезничаться, выйти, не особенно обращая внимания на новоприбывших.