Казак в Раю
Боги тоже любят поиграть…Итак, на доску Судьбы ставятся две фигуры. Иван – потомственный филолог, а ныне современный казак, с кучей комплексов, горячим сердцем и верной шашкой. Рахиль – юная еврейка, военнослужащая государства Израиль, с неподражаемым жаргоном и вечным поиском злобных антисемитов. И вот эти две полные, фатальные, непримиримые, даже крайне радикальные противоположности после загадочно скоропостижной смерти попадают в Рай.Чистое небо, ласковое солнышко, синее море, мир и благодать… Но! Разве у казаков и евреев может быть один Рай?! Да ещё такой, где индусы практикуют человеческие жертвоприношения, где с автоматами через плечо бегают адепты Белого Братства, где корабли инопланетных бесов похищают людей, а сама «райская» жизнь на каждом шагу подвергает вас безжалостным испытаниям. Прямо какой-то антисемитско-русофобский заговор!Не сразу Иван и Рахиль понимают, что собственный Рай можно найти только вместе, рука об руку, прикрывая друг друга спиной… Даже если против вас всё – религия, вера, национальные предрассудки и сплошные враги!Ибо игры богов никогда не заканчиваются, они лишь переходят на иной уровень…
Слезть без посторонней помощи – не то чтобы проблематично, а попросту невозможно! Поставьте (или повесьте?) себя на его место, действительно, много ли причин для радости?! И главное, он абсолютно не помнил, как сюда попал…
– Мама, – тихо сказал казак.
– Таки доброе утро, – дрожащим, но дружелюбным голосом ответили откуда-то сверху.
– Рахиль? – Молодой человек дёрнулся, выворачивая шею, но сук предательски скрипнул. Разглядеть удалось лишь нечто белое в желтовато-зелёной листве. Героическая еврейка возлежала на самой верхушке исполинского дуба, боясь пошевелиться, чтобы не вывалиться из кресла упругих листьев.
Впрочем, в отличие от Ивана, её положение было куда более обнадёживающим хотя бы потому, что, провалившись, у девушки оставался шанс зацепиться за какую-нибудь ветку и спуститься по стволу. Подъесаул был лишён такой возможности. Некоторое время они оба старательно изучали сложившееся положение, пока не пришли к единственно верному выводу – надо звать на помощь…
– Вот я так понимаю, что вам открылась хорошая перспектива на посмотреть вниз. Мне таки много удобнее разглядывать панораму вверх. Взвесим все предложенные нашему вниманию объекты, итак – что, где и почём с вашей стороны?
– Ничего…
– Совсем? Ваня, вы начисто лишены поэтического видения…
– Это точно, – слегка раскачиваясь под порывами ветерка, нервно признал казак. – У меня куда-то выбросили фуражку, самого скинули вниз, подвесив в неприличной для подъесаула позе, я рискую упасть и свернуть шею, куда ни глянь – вокруг лес да горы, а над головой контуженная иудейка пристаёт с глупыми вопросами. Действительно, с чего я такой непоэтичный?
– Ладно, я жутко извиняюсь, вы это хотели услышать?!
– Что-то вроде, но не в таком тоне!
– Слова – ваши, музыка – моя! – вежливо, но твёрдо объявила Рахиль. – Как можно лишать бедную еврейскую девушку права на интонацию? Это же святое! Весь еврейский юмор построен на интонации, а вы таки хотите, чтоб я опять душила себя прямо за шею и молчала, как никто?!
– Слушай, а летающая тарелка, с которой мы спрыгнули ночью, всё ещё там? – решительно повернул тему Иван.
– А знаете… нет! – чуть удивлённо сообщила израильтянка. – Что, кстати, странно до жути… Наш злобный друг перепортил им все системы управления, так что либо нас здорово снесло, либо тарелку увезли на буксире. Кто-то… куда-то… может, на гарантийный ремонт, что вы на меня так издевательски молчите?!
В ответ раздался плохо сдерживаемый мужской хохот, но сук предупреждающе хрустнул, погасив всё веселье в самом начале.
– Вот это вас Бог наказал! Впредь будете думать, на чём висите, прежде чем издеваться над бедной, беззащитной евр… Ой, вспомнила – а где наш домашний эльф?!
– М-м… внизу, – аккуратно покрутив головой, сообщил казак.














