Казак в Раю

 – С ними к нам вернулся и преступный Миллавеллор! Да, да, тот самый эльф-изгнанник, проливший в этом зале кровь собрата и дерзновенно возжелавший руки той, что не принадлежит ему ни по любви, ни по праву. Милость Вечно Рыдающей Принцессы безмерна, однако, возможно, на сей раз нам стоит быть менее снисходительными?

– Ой, и много вы её там пролили? – сочувствующе уточнила израильтянка. Седой эльф покосился на неё и тихо пояснил:

– Пару капель! Зал обагрила кровь этого надменного павлина – я разбил ему нос. Он вломился в крайне неподходящий момент, когда мы с Нюниэль обсуждали этические и религиозные аспекты тибетского буддизма в преломлении к северокитайскому восприятию Дао, как безмерного океана Божественной сути, так и не отождествившей себя с Богом. Концепция понятна?

– Вполне. Короче, вы целовались?

– Вроде того…

Все присутствующие дружно повернулись к зарёванной Принцессе. Ту, видимо, развезло уже окончательно, аллергия на эльфов не знает противоядия. Она в нос (с гнусавым французским акцентом) обозвала всех «иозламк» и обречённо высморкалась в третий или четвёртый платок – в смысле делайте что хотите! Вершитель кивнул, и шестеро вооружённых эльфов шагнули к нашему философу. Тот даже не пытался сопротивляться, сопротивление оказал подъесаул:

– А ну, не замай остроухого! Сладили, все на одного…

Повисла очень нехорошая тишина. Симфоническая музыка смолкла, будто её обрезали, Принцесса Нюниэль перестала сморкаться, Рахиль чавкать, а единственным посторонним звуком было судорожное кашляние Миллавеллора, подавившегося собственной ложкой. Эльфы-стражники неуверенно покосились на Вершителя, тот, в свою очередь, вопросительно уставился на юную израильтянку, ошибочно полагая, что именно она как-то способна урезонить пыл господина Кочуева. Надо признать, что Рахиль действительно попыталась:"

"– Ой… как это по-казацки: «Охренела я, девица, на четвёртом месяцу, и за эту хрень спасибо чернобровому донцу!» Вань, а оно нам надо?

– Мы обещали ему помочь!

– Вы пьяный?!

– С трёх-то литров?!

– Это моя привилегия – отвечать вопросом на вопрос! – окончательно взвилась оскорблённая в национальных чувствах еврейка.

Положение усугублялось тем, что бедная Принцесса буквально зашлась в приступе яростной аллергии, чихая восемнадцать раз подряд. То есть все вроде бы высказались, но без прямого приказа властительницы производить арест было как-то неудобно, а она чихает без передыху! Сами понимаете, все вежливо ждали… Потом кто-то из эльфов подбежал к Вершителю с докладом, тот несколько изменился в лице, но овладел собой:

– Моя Принцесса, у ворот Арддурхоума – нежданные гости. Они требуют выдачи этого воина и его подруги. В противном случае нам угрожают разнести Холм!

Все поражённо ахнули.