Кентийский принц

И идем сначала в Торвал, если жив Алекс, то хорошо, с нами пойдет, если нет… – Герцог на мгновение замолчал и, поиграв желваками, грозно произнес: – Я империю уничтожу!

– Донет, а ты что, тоже идешь? – удивленно взглянул на него канцлер.

– Иду, иду, Нивель, – проговорил герцог, заговорщицки понижая голос и наклоняясь над столом. – Представляешь, у Алекса сын родился, а еще он обручился с Алексией тан де Кобург.

– Это как же он все смог? – непонимающе уставились на Донета канцлер и коннетабль.

– А вот так! – и герцог поведал им о маркизе, маркизате и сыне, ну а про Алексию они уже знали.

– Ну и Алекс, – уже уходя, проговорил канцлер, – за эти два года что только я о нем не слышал… Ну, парень…

– Да, Нивель, да и ты, эль Камис, тоже, завтра баня, мне перед походом попариться надо, да и эль Камису тоже, а ты, Нивель, с нами за компанию.

– Ха, баня – это хорошо, я, кстати, тоже решил такую же построить, ты прикажи своим мастерам, пусть расскажут и покажут моим, как надо.

– Вот видишь, говорил же, что сам потом захочешь, так нет же – «не хочу живьем свариться, не хочу живьем свариться». Ладно, сейчас дам команду, завтра пусть твои ждут.

На этом они распрощались, и Донет тан эль Зорг пошел сообщить жене о смене ею статуса, посмеиваясь по дороге.

* * *Через неделю я выезжал к себе в маркизат. Свой обоз, легкораненых и основную часть войска отправил еще два дня назад, вместе с музыкантами. Уселись мы с Алым в карету и, предаваясь легкой дреме и плавно покачиваясь на неровностях дороги, двигались в сторону замка. Правда Алый сбежал через полдня и трусил рядом с каретой и Ветерком.

В замок мы прибыли и на третий день после обеда, могли бы и раньше, но я задержался возле рабочих, строящих дорогу. Походил, посмотрел, померил толщину подстилающего слоя. На строительстве работали и захваченные пленники после бойни на старом русле реки. Интересно, где и как их разместили? Я расспросил об этом главного надзирающего за работами.

– Да ничего особенного, ваша светлость, в замке выделили палатки, продукты и несколько котлов, а город – полсотни стражников, да Гюнтер дал два десятка. Так что мы так и движемся вместе с дорогой, а там дальше, где-то через километр, увидите, – повесили человек двадцать, выяснилось, что это те, кто убивал и жег селян, при сборе продуктов и просто ради развлечений. Ну и в назидание другим, чтобы сразу поняли, шутить с ними никто не будет.

И он мне поклонился в очередной раз.

– Да, серьезно у вас здесь, молодцы, – пробормотал я, отпуская надзирающего за работами.

Под стенами замка уже стояла часть палаток, а часть еще только устанавливали, но периметр уже охраняли часовые. В замке, как всегда, встречать меня высыпало все население, народ кричал здравицы, и что там говорить, было приятно.