Кентийский принц

Когда самим артельщикам делать было нечего, можно уйти или сидеть ждать, когда работа появится и для них. Так что по городу перемещались сколько угодно, а слухи собирали со всех концов столицы.

Сайм добрался к хижине, которую они снимали, уже перед самым рассветом, осторожно постучал условным стуком. Дверь открылась, и его впустили в дом. Все уже были на ногах и ждали, что разведчик скажет.

– Все нормально, – успокоил он ребят, – спите дальше, а нам с Мартом надо о многом поговорить.

Глава тринадцатая

Свадьба началась с самого утра. Сначала в главном храме Зеи-плодоносицы шло венчание и соединение узами брака короля Торвала и принцессы Сармии. Сам храм был небольшой, поэтому в него поехали только самые близкие и приближенные, остальные остались ждать во дворце. Внутри горели лампадки. Запах сгорающих в лампадках каких-то пряных трав и полумрак вызывали какое-то мистическое ощущение. Посредине храма стояла статуя самой Зеи плодоносицы, она изображала полулежащую молодую симпатичную женщину, перед ней располагалось большое вогнутое блюдо для подношения пожертвований и даров."

"Когда я взглянул в лицо статуи, то вздрогнул, и на меня словно напал столбняк, на меня смотрела моя Вера: эти смеющиеся глаза, эта родинка на верхней губе – точь-в-точь как у Веры. Даже небольшой шрам на внешней стороне ладони, который Вера получила, разрезав руку о разбитую чашку, и тот был на месте. Я смотрел на нее и не мог отвести взгляда, мне даже показалось, что статуя смущенно мне улыбнулась.

Тут в храме все задвигались, начали расходиться, создавая коридор для выхода короля и принцессы, вернее уже королевы Торвала, и наваждение пропало. Я снова посмотрел на статую – да, красивая молодая женщина, чем-то напоминающая мою жену из прошлой жизни, но не она. И когда я уже отводил глаза, собираясь, как и все, двинуться на выход из храма, я ясно увидел, как она мне улыбнулась. Уже у самого выхода я заметил, как внимательно смотрит на меня главный жрец, правда стоило мне глянуть на него, как он тут же отвел глаза в сторону.

По приезде в замок я нашел Алексию рядом с герцогом Кантором, герцог был официальным представителем королевства Сармии, король болел, поэтому управлял королевством наследник. И все ожидали, что вскоре король должен официально передать права на престол сыну. Сейчас будут дарить подарки, и я попросил Алексию шепнуть Милице про духи.

– Ваша светлость, – почему-то официально обратилась ко мне она, – я ей еще вчера об этом сказала и даже дала попробовать свои.

– Алекс, – тихо произнес герцог, – ты все-таки решил воевать.

– Мне не оставили выбора, – так же тихо ответил я.

– Да, я наслышан, говорят, что кинжал был смазан ядом пурпурной бестии. Как же ты выжил?

– Да сам не знаю, видно рано мне еще умирать.