Хазарская петля

Наверняка где-то вниз по реке у них был плот, а может, верхом переправлялись. Мыслю, у полян и до того были сторожевые посты на перелазах. Только они ничего не могли сделать, так как сотни засели на берегу. Ворваться в крепость после окружения дозорные не могли. Остались на месте, где был запас провизии. Уверен, варузы и сейчас на том берегу, из кустов смотрят за нами.

Тахар предложил:

– Переправимся? Побьем варузов, которые отрезаны от крепости?

– Ты думаешь, они будут ждать твою полусотню? Вскочат на коней и в лес, там их не достанешь.

Десятник кивнул:

– Тоже верно. Ты прав, господин. Мы убедились, что Кадыр Адар мертв, куда-то пропали и гонцы, но и это может быть проделка варузов, если они стерегли перелазы. В сотне может возникнуть смута.

Шамат взглянул на десятника:

– Почему?

– Как же? Ведь теперь род без главы, сотня без сотника. Бая нет.

– Ты будешь сотником, если, конечно, согласен.

Тахар дернулся:

– Я?

– Да. Таково мое решение. А потом, в ауле, я буду предлагать тебя главой рода. Что скажешь?

– Что на это можно сказать? Я буду верен тебе, если окажешь такую честь.

– Считай, что оказал. С этого момента сотник – ты. На тебе и похороны бая Адара. Будут недовольные, я их успокою. Нукеров похоронит Хамзаят. Все, забирайте тела и коней, мы возвращаемся.

Полусотня к полуденной молитве вернулась в стан. Там бек объявил свою волю. Кто-то зароптал, но Шамат пресек ропот. В конце концов, назначение Тахара сотником еще не означало, что род выберет его своим баем.

До заката солнца торжественно похоронили Адара и нукеров, воздвигнув небольшой холм. После этого Хамзаят доложил, что от сотен с того берега поступил знак – все готово к штурму крепости.

Бек сказал:

– Хоп. Тогда держи с рассвета нукера для передачи знака на атаку.

– Я сам его подам, чтобы не получилось, как в прошлом году, когда сигнальщик подал не тот знак.

– Яхши. Сам – значит сам. У нас все получилось, Ильдар?

– Да.

– Яхши. Значит, ни о чем худом в полусотне, что оставалась тут, разговоров не было?

– Нет, господин, меня удивило, что об Адаре никто особо не печалился.

– Хорошо. Ступай, приведите ко мне Доляну после молитвы и трапезы.

– Слушаюсь.

Ночью сторожевой дозор у северных ворот крепости увидел, как от стана бележей отошел крупный отряд без обоза и пошел на восточную сторону. Тут же послали гонца к вождю. Прознав о движении в стане врага, на северную сторону вышел Дедил, подошел туда и Сергун.

– Что тут? – спросил вождь варузов у стражи.

Ему рассказали.

– Сколь примерно воинов ушло на восток?

– Темно, вождь, сосчитать невозможно, примерно полусотня, может, чуть более.

– И без обоза?

– Без.

– Что до того было?

– Ничего. Вечером басурмане молились, сидели у костров, а потом будто знак какой получили – засуетились, забегали.