Хозяйка кондитерской \

Теперь у меня своё дело, своя жизнь, отделённая от семьи Айвори, но не оторванная от неё навсегда.

Тяжело вздохнув, я убрала подарок Кеннета, переложив в более невзрачную коробку из-под одного из своих платьев. Что ж... Четверг покажет, насколько закрыла дверь в прошлое.

Ночь выдалась беспокойной, но наутро даже не смогла вспомнить о том, что снилось. Когда к кондитерской подъехал экипаж Ларри, я уже ждала на крыльце, чтобы попросить отвезти меня к Алисе. Пока он перегонял Молли и забирал оставленную в прихожей флигеля коробку, я увела Кэлиону в кабинет. Девушка выглядела внешне абсолютно спокойной, но только ей одной известно, какие демоны терзали её внутри с момента нападения Лоу.

– Как ты?

– В полном порядке, госпожа Айвори.

Я покачала головой, предлагая помощнице присесть: – Кэли, когда дают такой ответ, он как раз-таки означает, что у человека не всё в порядке, просто он тщательно маскирует свою боль от окружающих.

– Вы правы. Мне действительно непросто осознать и принять то, что родной брат, каким бы он ни был подонком, сам себе сплёл верёвку, на которой его вздёрнут. Я винила себя, что не смогла ему помочь, что не приложила достаточно усилий, чтобы вытащить с того дна, в котором он оказался, а потом поняла: бесполезно топить себя в терзаниях, когда другой человек сам не захотел вылезать из болота, затягивающего его всё глубже и глубже. Если бы у Лоу сохранилась хоть крошечная капелька любви ко мне, он бы не распускал свои руки, едва не убив меня, свою родную сестру, которая делала всё, чтобы ему жилось хорошо. Да, это больно и очень обидно, когда об тебя вытирают ноги ежедневно, не считая за человека. Но у меня было достаточно времени, чтобы подумать и понять, что даже если бы вы не вмешались тогда, госпожа Айвори, Лоу всё равно рано или поздно взошёл бы на эшафот. Мне остаётся лишь сожалеть о том, что из чуткого и защищающего от нападок соседских мальчишек старшего брата, он превратился в откровенного негодяя и мерзавца, променявшего всё самое светлое в себе на пьянки и драки с такими же ничтожествами, как он сам. Лоу сам сделал свой выбор – умереть, а я делаю свой – жить.

Я подошла к Кэлионе и обняла её за плечи: – Около года назад я тоже сделала этот выбор. Было непросто, но он был необходим, чтобы идти дальше. Мне тогда помогли родные и близкие, поэтому хочу тебе сказать – что бы ни случилось, знай – я всегда рядом и ко мне можно обратиться в любой момент: помогу. Помни: ты не одна.

Кэлиона прислонилась головой к моему предплечью и слегка улыбнулась: – Спасибо вам, госпожа Айвори. Вы правы – я не одна. Есть вы, есть Ларри и Алиса, есть девочки из кондитерской, с которыми мы подружились за это время.