Хозяйка княжеского дома

Хмыкнув, он молчаливо принимает мои условия и доползает до залитой водой ещё не мытой посуды, до пустых кастрюль и сковородок, озадачивается. Похоже, грязную посуду он видел только перед собой, когда заканчивал есть. Дальше тарелку и приборы забирал лакей, и подавал чистую.

Я притворяюсь равнодушной, но краем глаза наблюдаю, потому что любопытно."

"Даниэль догадывается, что еду следует искать в кладовке и уходит на поиски, а я призываю планшет и тоже погружаюсь в поиск. Каталог Системы не предлагает подробной информации о товарах, про то, что Слезу можно использовать для чтения чужих намерений, в описании ни слова, но я начинаю пробовать разные запросы и минут через пятнадцать методом проб, ошибок и уточнений нахожу амулет, искажающий ""чистое видение"". Чего и следовало ожидать – Слезе есть противодействие, так что травиться не имеет смысла.

Из раздумий меня выдёргивает грохот. Я оборачиваюсь и вижу, как по полу разбегается лужа – Даниэль уронил кастрюлю с водой.

Я никак не реагирую, снова утыкаюсь в планшет. Со Слезой разобралась, теперь второй пункт – мне нужна защита, но сперва я просто пройдусь по категориям, чтобы понять, какие варианты вообще бывают. И третий пункт – учебник. Уроки Даниэля – это хорошо, но пособие всё равно нужно, причём я хочу электронное, которое вместе с планшетом появится в руке по первому требованию.

Даниэль продолжает возиться…

– Да что б тебя! – рявкает он.

Кастрюля повторно отправляется на пол, но на сей раз вода разливается вместе с крупой.

– А? – оборачиваюсь я.

– Извини, – цедит Даниэль. – Не сдержался.

– Бывает.

Обед отменяется?

Я возвращаюсь к чтению.

Даниэль рвано выдыхает, наклоняется и поднимает кастрюлю, остатки крупы вывыливает на пол. Хм… Он не думает, что ему эту крупу убирать? Или он планирует на ней прокатиться и хряснуться всей княжеской тушкой?

О, Даниэль удивляет – он идёт за тряпкой. А вот дальше… То, что он делает, трудно назвать уборкой – он бросает тряпку на пол и небрежно пинает её ногой. Результат… тряпка промокает насквозь, а больше никакого, и Даниэль, ругнувшись, приносит швабру, только вот о том, что тряпку надо отжать, Даниэль не думает, и от швабры тоже толку нет.

Сдавшись, Даниэль садится рядом со мной, прижимает ладони к столешнице, но скрыть дрожь не может – выдохся.

– Ты как? – я подпираю щёку кулаком.

– Со стороны выглядело просто, махнул метёлкой, и чистота. Я вроде махнул, а чистота почему-то не появляется.

– Угу.

Даниэль рассчитывает, что я возьму швабру в свои руки? Не-а, пусть не рассчитывает.

– Похоже, – хмыкает он, – когда я вернусь, я подниму плату горничным и лакеям.

Ха, добренький какой.

– Сколько часов в день они работают? Дни отдыха у них есть? А отпуск раз или два раза в год? – перечисляю я.